— Ну как учеба, как дела в школе? — с ехидной улыбкой осведомился адвокат.
— Все хорошо, — быстро проговорил Никита.
— А ты ведь меня совсем не помнишь? — спросил вдруг Эраст Григорьевич.
Никита настороженно на него покосился.
— А я должен вас помнить? — тихо спросил он.
— Мы ведь уже встречались раньше, — сказал адвокат. — И я был сильно впечатлен твоими феноменальными способностями.
Час от часу не легче!
— Вы ошибаетесь, — заверил его Никита. — Я вас впервые вижу.
— О нет, — улыбнулся Бажин. — Я хорошо тебя знаю, и у меня есть тому доказательства. — Он сунул руку во внутренний карман пиджака. — Вот, держи. — И бросил Никите какую-то небольшую вещицу.
Никита инстинктивно схватил ее на лету.
Послышалось громкое шипение, руку парня пронзила ужасная боль. Никита в ужасе разжал пальцы. На скатерть упал небольшой серебряный крестик. Серебро! Глубокий ожог в форме креста остался на ладони Легостаева.
Не может быть! Он снова купился на этот старый трюк!
Никита быстро сжал пальцы в кулак и испуганно взглянул на Бажина. Толстяк довольно ухмылялся.
— Я же говорил тебе! — сказал он. — Я все о тебе знаю!
Бажин быстро подобрал со стола крестик и убрал его в карман.
В это время в гостиную вернулись родители. Ирина Юрьевна несла большой торт, Игорь Николаевич держал в руках поднос, на котором стояли чайник и чашки из праздничного сервиза.
— А вот и мы! — воскликнула мама.
— Какой прелестный торт! — восхищенно произнес Бажин. — Настоящее произведение искусства! Вы сами его испекли?
— Разумеется, — зарделась от удовольствия мама.
Отец принюхался.
— Что-то вроде горелым пахнет? — недоуменно произнес он.
Никита еще крепче сжал кулак.
— Я ничего не чувствую, — поспешно произнес Эраст Григорьевич.
Он мрачно взглянул на Никиту и проговорил одними губами:
— Позже.
Мама начала резать торт, отец разливал чай по чашкам. Бажин вновь принялся расхваливать квартиру и хозяев, но Никите совершенно не хотелось его слушать. Он поднялся из-за стола и отправился в свою комнату.
— Все было вкусно, но что-то я уже объелся! — сказал он родителям. — Оставьте мне кусочек, съем его позже.
— Хорошо, — кивнула Ирина Юрьевна.
Эраст Григорьевич проводил его довольным взглядом.
Никита почти полчаса простоял за закрытой дверью своей комнаты, прислушиваясь к разговорам, доносящимся из гостиной.
Этому Бажину удалось порядком его припугнуть. Никита взглянул на свою ладонь. Отметина быстро зарастала, крестообразный след от ожога уже стал почти незаметен. Однако чувство тревоги осталось. Впредь не стоит ловить все, что ему бросают.
Наконец адвокат Бажин начал прощаться. Разговор переместился из гостиной в прихожую. Никита метнулся к шкафу, вытащил свои старые кроссовки и сунул в них ноги. Затем натянул на себя старый джемпер и вскочил на подоконник. Родители сейчас будут убирать со стола, мыть посуду, и его отсутствия никто не заметит. На улице уже совсем стемнело, и он не опасался, что его увидит кто-нибудь из соседей.
А если мама или отец все-таки заглянут в его комнату?
Никита спрыгнул обратно в комнату, свалил на кровать несколько подушек и накрыл их одеялом. Теперь со стороны казалось, что на кровати кто-то спит. Тогда он поймал замешкавшегося Апельсина и уложил сверху на груду подушек. Кот для приличия возмущенно мяукнул, но тут же начал устраиваться поудобнее. А Никита погасил в комнате свет, снова вскочил на подоконник, открыл окно и выскользнул на улицу.
Он прыгнул, широко расставив руки и ноги. Его острые когти впились в кору дерева. С ветки на ветку, он быстро спустился вниз и спрыгнул на асфальт. Затем огляделся. Во дворе никого не было.
Через пару минут из подъезда вышел адвокат Бажин. Он шагал, сунув руки в карманы длинного пальто, втянув голову в плечи. Никита преградил ему дорогу.
Толстяк с удивленным видом остановился, но, узнав парня, довольно улыбнулся.
— А твоя мама сказала, что ты уже спишь, — сообщил он.
— Пусть и дальше так думает, — хмуро произнес Никита. — Что вам от меня нужно?
Он сразу решил вести себя как можно более грубо и устрашающе, чтобы запугать адвоката. Но тот, похоже, не особо испугался.
— Прогуляемся? — спокойно предложил Бажин. — В вашем дворе совершенно негде поставить машину, и мне пришлось припарковаться за углом. Проводи меня, а по дороге я расскажу тебе обо всем.
Никита молча посторонился, давая ему пройти. Они вместе зашагали к выходу со двора.
— Я знаю тебя еще со времен "Черной четверки"! — без обиняков заявил Эраст Григорьевич.
Никита удивленно на него посмотрел.
— Ты был одурманен этим зельем, "Спящей красавицей", когда Анатолий Авдеев представил мне тебя, — сказал Бажин. — Тебя и еще троих молодых метаморфов. Поэтому ты меня и не помнишь. Но я хорошо запомнил всех вас. Настолько остался впечатлен вашими способностями!
— Вы знали Авдеева? — холодея, спросил Никита.
Анатолий Авдеев, "Координатор", скрывающийся под личиной обычного тренера по легкой атлетике, доставил ему массу проблем. И не только ему одному…
