– Кто первый добежит до буйков? – сказала Лин и рванула к океану, который пока еще оставался на том уровне, где буйки лежали на песке. За ней, к моему удивлению, рванула Дайдзо. Она смеялась, и ей было очень весело. Увидев это, Нат побежал за ней. На пляже остались только я с Аланом. Я встала, чтобы побежать, но увидела, что он не собирался присоединяться. Алан улыбался, смотря на них, но не хотел бежать вместе с ними. Я схватила его за руку – на что он удивился – и повела к океану, не сбавляя быстрый темп. Мы бежали и смеялись. Скажу честно, я никогда не видела Алана настолько веселым. Он смеялся, бежал и просто веселился вместе с нами. Мы все бежали к рассвету, который растворял наши силуэты вдали, забирая нас к себе. Даже, если это было только началом моего дня рождения, я не могла просить и лучшего.
Письмо, которое затрагивает душу и одновременно режет ее на кусочки. Вдох. Я перечитывала это сообщение много раз, прежде чем открыть подарок. Оно несло в себе столько эмоций, которые, скорее всего, переполняли Алана в тот момент. Все так запуталось…
Раскрыв подарок, я увидела свою фотографию, где я стояла возле окна у Алана в комнате. Я надеялась, что она останется у него. Это был хороший снимок. После нее шла еще одна фотография, только покрупнее. Не успела я ее полностью рассмотреть ее как поняла, что это была вовсе не фотография. Это был невероятно красивый портрет меня, который нес в себе уникальный стиль, который я не могла бы описать из-за того, что просто не знала. Раньше я не видела этот стиль, и думаю, что Алан его сам придумал. Это было совмещение абстракции с арт-деко. Все цвета были не такими яркими, каких их представляют видеть в портретах, но это определенно не помешало этому. Это был просто восхитительный подарок. Я еще раз перечитала письмо, затем убрала его в шкатулку в комоде, а фотографию с рисунком положила возле зеркала. С широкой улыбкой на лице я прокручивала все это утро у себя в голове, вспоминая каждые детали, пытаясь не пропустить ни одной. Все это заставляло меня улыбаться все чаще и мне хотелось, чтобы я всегда была такой счастливой, как сейчас.
Звонок телефона. Я, не смотря на экран, автоматически взяла телефон и приложила к уху, не имея понятия, кто же это звонит. Мама уже ушла на работу, и вряд ли будет звонить в такой час, потому что знает, что я в школе, хоть и меня там вовсе нет.
– Алло? – ответила я. Мой голос был восторженным от всех этих эмоций, и я решила немного понизить его в следующем ответе. Человек по ту сторону линии выдержал недолгую паузу, будто подготовился что-то сказать.
– Взгляни на подоконник окна, – сказал чей-то грубый голос. Я напряглась от этого, и мне даже стало немного страшно.
– Кто это? – мой голос явно понизился.
– Просто подойди к подоконнику, Лиз.
Этот человек знал мое имя. Какого черта? Я медленно подошла к окну и увидела небольшой конверт. Собеседник повесил трубку, оставляя меня в неизвестности и заблуждении. В страхе и любопытстве я открыла конверт и достала оттуда фотографию. На ощупь, думаю, она была сделана на обычный цифровой фотоаппарат. Но зачем кому-то понадобилось мне что-то присылать? Я все же перевернула фотографию и задержала дыхание от увиденного. Все было такое же, как и тогда в больнице. Все эти трубки, койка, цветы, бледность и мертвый вид. Дилан.
