Вздох, неожиданно вырвавшийся у Елизаветы Николаевны, вызывает легкую улыбку на моем лице. Что ж… а теперь позвольте объяснить. Я неоднократно говорила и подчеркивала, что мне не нужны деньги Артема, и я была честна. Альберт Скворцов, мой отец, один из лучших адвокатов страны, и мне никогда не приходилось нуждаться в посторонней финансовой поддержке.
Однако отец считает, что мы сами должны прокладывать путь в этом мире, а не получать готовенькое под нос. Мой брат пошел по стопам отца, изучал юриспруденцию, так что сейчас работает с ним в фирме. А я его драгоценная и любимая дочь, и он всегда заботился обо мне, несмотря на мое собственное упрямство и желание быть самостоятельной. Отец нехотя, но все же принял мою «паузу» в профессиональной карьере и не настаивал.
— Твой отец Альберт Скворцов? — Артем разделяет удивление со всеми присутствующими.
Его мать улавливает заминку между нами. Взгляд становится острее, она прищуривается, словно пытается распознать несостыковку.
— Ты не знал? Разве она не твоя девушка?
— Об этом не упоминалось.
Меня беспокоит реакция его матери. Я вижу, как она удерживает некоторую подозрительность, как будто что-то не сходится в пазлах этой истории. Елизавета Николаевна не сводит с меня глаз, пытаясь прочитать истину.
— Какой любимый цвет Артема? — вопрос, который на первый взгляд кажется банальным, но я чувствую, что здесь скрыт намек на испытание. Сжимаю кулаки под столом.
О… Ради всего…
— Зеленый?
Пауза, возникшая после ответа, бесконечная. Время тянется в медленном ритме, каждая секунда наполняется напряжением. Наконец, мама Артема неохотно кивает.
Я немного расслабляюсь, но также быстро, как вспыхивает надежда на спокойное продолжение ужина, она гаснет, стоит мне почувствовать ладонь Артема на своем колене. Стискиваю зубы и сосредотачиваюсь на том, что говорит Елизавета Николаевна, лишь бы не накричать на Артема прямо сейчас.
— Вам еще многое предстоит узнать, — отмечает она. — Со стороны похоже, что вы начали встречаться, не узнав друг друга получше.
— Согласен, мам, — Александр вмешивается, ухмыляясь, как довольный кот. — Вы вообще хорошо знаете друг друга?
— Мы начали встречаться всего месяц назад.
— Кхм, ну, вы ведь разговариваете.
— Конечно, — отбивает Артем.
Остальные за столом наблюдают за перепалкой двух близнецов с молчаливым интересом. Между тем, ладонь Артема уже на бедре и хватка становится крепче. Могу с уверенностью сказать — он начинает злиться.
— Какой у нее любимый цвет?
Я мгновенно напрягаюсь. Да, мне повезло угадать с любимым цветом Артема, но я не верю, что судьба повернулась к нам не задницей, и сейчас он без проблем выдержит нападки брата. Накрываю его ладонь своей и едва заметно сжимаю.
— Любой, только не синий, — спокойно отвечает Артем.
Откуда, черт возьми, он знает? Таких совпадений точно не бывает.
— И почему не синий?
Ох, Александр, мне и самой интересно услышать ответ…
— Она думает, что этот цвет ей не идет, — сдержанный взгляд Артема пересекается с моим в безмолвном согласии, и я вдруг чувствую его тепло и поддержку. — Но это не так.
— День рождения? — Александр хмурится.
— Седьмое мая.
Проглатываю нервное возбуждение. Но как?
— Цвет ее глаз? И не смотри сейчас.
— Светло-зеленые.
— Любимое блюдо?
— Пицца, — Артем морщит нос. — С основными вопросами покончено, брат. Теперь можешь остановиться.
— Где она училась после школы? — Александр не прекращает.
— Колледж, потом университет. Бакалавриат и магистратура.
— И что же она изучала?
— Международные отношения.
— А…
— На магистратуре — экономику, — Артем уверенно перебивает брата, и я не могу сдержать улыбку.
Позже обязательно выясню, откуда он знает такие детали обо мне.
— А как насчет…
— Хватит! — жестким голосом отец Артема заканчивает викторину под названием «Все ли знает Артем Мартынов о своей девушке?». — На ужине не только вы. Испытывайте друг друга в другое время. Итак, Мила, ты изучала и экономику?
— Да, Сергей Витальевич, на магистратуре я решила выбрать более узкую направленность.
— Так почему ты работаешь официанткой? — Анна закатывает глаза. — Ты вообще получила диплом?
— А ты вообще училась? — не могу удержаться от саркастической реплики и бормочу себе под нос.
Анна чувствует мое насмешливое замечание, крепче сжимая ножку бокала. Я не жалуюсь, ведь это означает одно — вероятность, что ее напиток снова «случайно» окажется на моем платье — очень мала.
— Что ты сказала?
— Ничего-о, — сладко протягиваю я. Возвращаю внимание к отцу Артема, который довольно усмехается мне. — Я не хотела сразу нырять в профессию с головой, поэтому решила, скажем так, «пожить для себя» некоторое время. Работа в кафе полностью оплачивает мою жизнь, и в данный момент я наслаждаюсь стабильностью и независимостью.
— Это правильно. Мои дети сразу погрузились в работу. Только дорогая Виктория, кажется, открывает свое сердце для других вещей, — Сергей Витальевич нежно оглядывается на дочь. — Ты должна начать работать в моей компании, Милена.
Сомневаюсь в своем же слухе. Я правильно расслышала?
— Простите? Что?
