Я увидела его настоящее обличие. Оно было прекрасно и устрашающе – в той же степени, в какой облик Скарпака казался гротескным и совершенным… впрочем, между ними не было различий.
Теке был Космодесантником Хаоса. Он был великолепен, словно могучий хищный зверь. Мерцая розовым, блестя черным, сверкая золотом, он бросился на нас.
Мы неслись сломя голову, захлопывая за собой двери. Старое темное здание ходило ходуном. Он преследовал нас по пятам, оглашая воздух яростным монотонным завыванием.
Крики эхом донеслись из других комнат Лихорадки, из-под покрова тьмы, которой ночь и деревья окутали поместье. Я решила, что это люди из домашей прислуги, невольно пробудившиеся в ужасе, услышав эти кошмарные звуки.
- Нам надо бежать отсюда! – крикнула я Элаис Каторз. – Где вы держите ваши машины?
- Нет времени! – прокричала она в ответ. – Теке слишком быстрый! Слишком быстрый и слишком умный! Мы не успеем даже выйти из дома.
Думаю, она была совершенно права.
- Чего ради вы связались с этой тварью? – злобно бросил Лайтберн. Он пытался перезарядить револьвер на бегу, но все его попытки были безуспешны.
- Ради даров, которые он преподносит, - Элаис Каторз почти рыдала. – Ради того, что он нам обещал!
Мы влетели в следующую комнату и захлопнули тяжелые двери. Я посмотрела на Элаис Каторз.
- По-моему, этого недостаточно, - заметила я.
- Вы не видели эти дары, - ответил за нее Шадрейк. Он запыхался и с трудом переводил дыхание.
- Моя семья была великим домом, - произнесла Элаис Каторз. – Имя Гло пользовалось всеобщим уважением во множестве субсекторов. У нас было могущество и влияние, но нас низвергли, унизили, бросили в грязь. Союз с Детьми мог бы вернуть нам былую славу. В обмен на нашу помощь в материальном мире они даровали бы нам могущество Имматериума. Я могла бы…
- Вы сошли с ума, - заключила я.
Мы свернули в другое крыло, рассчитывая запутать след или даже оторваться от погони. Здесь были красные штукатуренные стены и пол, облицованный черным мрамором – мы видели это в неверном свете одинокой свечи или канделябра. В некоторых комнатах стояла мебель – но в остальном они выглядели совершенно необжитыми. Поместье Лихорадка выглядело как богатое аристократическое имение – но это была лишь видимость. В нем не было настоящей жизни. Оно напоминало пышную театральную декорацию.
Крики все еще доносились из комнат наверху. Мы слышали грохот - кто-то безжалостно разносил двери в щепу.
- Здесь есть выход? – спросила я. – Может быть, мы спрячемся в лесу?
- Мы не сможем спрятаться от него, - заявила Элаис Каторз тоном непреклонной уверенности.
- Ну, возможно, - заметила я. – …и он не сможет спрятаться от нас.
Я повернулась к Шадрейку, схватила его, невзирая на вялое сопротивление и попытки оттолкнуть меня, обшарила его карманы и вытащила зрительное стекло.
Я подняла стекло и сквозь него увидела скелетоподобный силуэт дома, образ его балок и стен, запечатленный в реальности, и странных изгибов и сочленений там, где они соединялись с другими измерениями. Я видела причудливо изломанные геометрические формы внутри пространства материального мира, доступного моему человеческому пониманию.
Я увидела и Теке. Он выглядел как сияющий, раскаленный добела силуэт. Он несся из комнаты в комнату, из залы в залу, и искал нас. Моя «пустота», полагаю, сбивала его с толку; из-за нее он не мог полагаться на свои сверхчеловеческие чувства и невообразимо-совершенные системы его доспеха – не говоря о варп-магии, использование которой, как я могла видеть, не составляло для него никакого труда. Он выглядел разъяренным от того, что нам удалось расстроить его планы. Изредка он останавливался, чтобы сорвать злость на двери, стене или мебели – он безжалостно рубил их своими парными мечами.
Но я чувствовала – и от этого меня бросило в дрожь – что он наслаждается происходящим. Он наслаждался охотой. И длил удовольствие в погоне за теми, кого собрался убить.
Каждый раз, когда он поворачивал в одну сторону с нами или, как мне казалось, чуял, где мы – я вела наш маленький отряд в противоположном или неожиданном для него направлении. Стеклышко вело меня. Пару раз у нас были все шансы, чтобы, свернув, идти по кругу, или пройти совсем рядом с ним, не будучи замечены им – иногда нас разделяла лишь стена. Мы слышали, как он, принюхиваясь, втягивает воздух, как злобно шипит сквозь зубы, как смеется или сокрушенно вздыхает. Мы слышали, как его мечи с треском врубаются в дерево. Мы находились в нескольких шагах от него, но следили, чтобы он не подходил ближе.
Или, - задумалась я через некоторое время – может быть, он лишь играл с нами?
Внезапно мы оказались в небольшом внутреннем дворике. Мы отворили калитку и вышли наружу. Было холодно и темно. Черные деревья шелестели под черным небом, распростершимся над черным углом крыши. В воздухе пахло сыростью. За деревьями угадывались смутные очертания лунного диска.
- Ах ты ведьма! – внезапно со слезами в голосе закричала Элаис Каторз. – Посмотри, что ты натворила! Куда ты нас вывела!
