Взглянув на неё, Лайнус повернулся к Айви:
– Между прочим, вандализм в отношении частной собственности – это преступление.
– А что случилось? – спросил Уилл.
Лайнус указал на слово «пропадают»:
– Это моя сестрица постаралась.
Айви хихикнула, доставая из заднего кармана толстый чёрный маркер.
– Правда? – удивился Уилл.
Айви подмигнула:
– Каюсь, каюсь. Но тут ведь всё равно никого нет!
– Указатель на въезде в город тоже ты исписала?
Айви пожала плечами:
– Ну что ты цепляешься! Пойдём лучше осмотрим парк.
Она прошла между огромными клоунами, поддерживающими навес, и Уилл поёжился:
– Может, мы это зря? Помните, я говорил, что на меня тут напали клоуны?
– Не трусь, – сказала Айви. – Это просто парк развлечений… только старый и заброшенный.
«Только старый и заброшенный». Мой грозный читатель, с тем же успехом можно сказать: «О, это просто дом с привидениями». Ты когда-нибудь видел заброшенное место? Будь то фабрика, школа или старая больница? У любого человека там быстро возникает неприятное ощущение. Одни скажут: «По мне мурашки ползут», другие – «Мне жутко» или «Господи, кто там так ужасно вопит?!» Но что бы люди ни говорили, запомни мой совет: остерегайся заброшенных мест. Может быть, дело исключительно в том, что зловещий и грустный вид порождается нелюбовью – я сам тому пример. Однако по моему опыту, страх – полезная информация. Не стоит её игнорировать.
– Айви, здесь живут чудовища, – сказал Уилл.
– Чудовища тут живут везде, – ответила та.
– Ничего подобного. Но автор записки велел нам идти сюда, – сказал Лайнус, поправляя лямки огромного рюкзака.
Сердце у Уилла ушло в пятки. Он пытался думать о чём-нибудь хорошем – о комиксах, о маме, о Фице. К счастью, до заката было ещё далеко. К тому же, дорогой читатель, на сей раз Уилл был не один. В окружении друзей человек чувствует себя более сильным и храбрым. Один, как говорится, в поле не воин. Ну, я так думаю.
– Ладно, – сказал Уилл. – Только ради Фица. Но если клоуны хотя бы высунутся, мы сразу убежим, договорились?
– А если они захотят нас надуть, как шарики? – спросила Айви.
– Шарики наносят вред окружающей среде, – наставительно произнёс Лайнус.
– Идите сюда, – позвал их Уилл. – Я нашёл ошейник Фица возле Роковой пещеры.
– О, я там была! Папа возил нас сюда, когда парк ещё работал. Это реально подземная пещера. Ты по ней идёшь, а на тебя прыгает всякая жуть.
– Я это прекрасно помню, – сказал Лайнус. – Устроители аттракциона пытались напугать детей самым примитивным образом.
– Ты же испугался, – заметила Айви, пихнув брата локтем. – Когда с потолка на тебя упал огромный пластмассовый паук, ты описался от страха!
– Нет, я просто пролил лимонад! Трюк был грубый, но тем не менее эффектный, – признал Лайнус, поправляя очки. – Для пятилетнего ребёнка я отреагировал вполне адекватно.
– А почему парк закрыли? – спросил Уилл.
– Какие-то пацаны залезли сюда поздно вечером, – сказала Айви. – Они хотели прокатиться на «Мёртвой петле», только не знали, что она сломана, сорвались и разбились.
– Их родители подали в суд на владельцев парка, и те разорились. Парк закрылся насовсем, – добавил Лайнус. – Ужасная трагедия.
– Да уж, – сказала Айви. – Пока работал парк, в городе было хоть что-то интересное.
– Я имею в виду, что люди погибли! – воскликнул Лайнус.
– А. Ну да.
– Если эта Роковая пещера настоящая, может быть, нам надо именно туда. В записке сказано идти на то место, где я нашёл ошейник, и следовать за тенью.
– Ты говорил, что туча, которая тебя преследовала, состояла из летучих мышей, птиц и так далее. Может быть, в пещеру их загнал Фиц. Ты же видел, как ему не понравился крылатый заяц.
– Ради Фица… – повторил Уилл, чувствуя, что нервы у него на пределе.
Он сделал глубокий вдох и зашагал первым, с облегчением убедившись, что никаких клоунов в парке нет, но, повернув за угол, тут же завопил:
– КЛОУН! БЕЖИМ!
Айви схватила его за ремень, прежде чем Уилл успел сорваться с места:
– Спокойно! Это просто рисунок на стене. Ты что, правда так боишься клоунов?
– Нет, – соврал Уилл. – Но… давайте будем осторожны, ладно? Внимательно смотрите, нет ли чего подозрительного…
У входа в Роковую пещеру все остановились. Хотя снаружи было светло и солнечно, на лестнице, которая вела вниз, царила непроглядная тьма.
– Ну, кто первым пойдёт в эту тёмную жуткую пещеру? – спросил Уилл.
– А чего бояться? – дрожащим голосом отозвался Лайнус. – Темнота – это просто отсутствие света. Я бы пошёл, но я близорук – иными словами, зрение у меня далеко от идеального. Полагаю, первым должен идти человек с безупречным зрением.
Уилл задумался, не прячутся ли там, в пещере, клоуны.
– Может, позовём кого-нибудь из взрослых? По-моему, это разумно…
– Похоже, я тут самая храбрая, – раздражённо вздохнула Айви. Она шагнула в темноту – и исчезла.
– Эй, я тоже храбрый! – крикнул Уилл и, схватившись за перила, осторожно ступил внутрь.
– Ты что-нибудь видишь? – спросила Айви.
– Не вижу даже собственного носа.
Внизу оказалось прохладно. Пахло водой и землёй.
– Эй, Лайнус!
Тишина. Уилл и Айви повернулись, но в темноте ничего не было видно.
– Лайнус!
