Это оказалось не так уж просто: после чахлой лесополосы (а ночью выглядела так угрожающе!) мы ещё пару километров карабкались на пологий холм, поросший приземистым колючим кустарником, напоминающим скелеты древних ёжиков. Вера продолжала жаловаться на жажду и вообще, заявила, будто ощущает себя высушенной, словно кактус посреди пустыни. Сергей всё чаще заводил разговор о пиве, а Марго молча зевала, всякий раз виновато улыбаясь мне. Спать хотелось просто невыносимо и это оказалось единственным моим желанием: ни жажды, ни голода я не ощущал.
Даже дорога, которой мы следовали, казалось устала от бесконечного подъёма и добравшись до вершины, остановилась отдышаться. Солнце начинало жечь просто немилосердно: его лучи, казалось, превратились в лазеры Звезды Смерти и пытались испепелить наши макушки. Поэтому, дерево, под которым мы остановились, дабы оценить открывшийся вид, принесло райское наслаждение, в виде прохладной тени.
- О, речка! - в голосе Веры звучала искренняя радость.
- Речка, - Рита казалась встревоженной, когда покосилась в мою сторону.
- Надо будет окунуться, - Сергей тяжело дышал, - думаю, водичка будет, просто класс.
Река. Почему-то голубая лента, скользящая рядом с дорогой, вызывала у меня странную тревогу, напоминая притаившуюся змею, готовую нанести смертоносный удар. Да и вообще - какого чёрта! Я не помнил ни единой реки на полтысячи километров от города. Всё яснее становился факт нашего присутствия в непонятном месте. Это, естественно, вызывало у меня тревогу, но, почему-то, не такую сильную, как должно.
Отбросив неприятные мысли, я посмотрел дальше. Там, река вильнув хвостом, уходила в сторону, а дорога ныряла в небольшой лесок, наподобие того, который мы проскочили утром. За леском, на невысоком пригорке...
- Домик, - сказала Рита и даже хлопнула в ладоши.
- Где? - Сергей, щурясь как кот, вертел головой, - не вижу.
- Вон там, за лесом, - я показал пальцем, - на холмике.
- Я тоже не могу разглядеть, - Вера пожала плечами, - ишь, какие глазастые. Пошли уже вниз, пока я умерла от жажды.
Спуск оказался намного круче подъёма и мы почти бежали вниз, иногда с трудом удерживая равновесие. Это, впрочем, даже развлекало я бы может получил массу удовольствие, если бы не нарастающее внутри напряжение. Чем ближе была река, тем сильнее я тревожился и когда мы оказались у подножия холма, в голове отпечаталась совершенно ясная мысль: больше я ни на шаг не приближусь к проклятущей канаве.
Сергей уже нёсся с громкими воплями вперёд, на бегу расстёгивая пуговицы серого пиджака. Вера побежала было следом, но вдруг остановилась и вопросительно уставилась на нас с Ритой. Жена друга побледнела ещё больше и сделала попытку спрятаться за моей спиной.
- Вы это чего? - подозрительно осведомилась супруга, - с какого это перепугу ты водобоязнью начал страдать? Когда меня в Сочи швырял, даже не морщился.
- Не знаю, - я и сам не мог понять своего испуга, но зрелище бегущей воды повергало меня в дикий ужас, - может - заболел, может - просто устал. Я вон там, под деревом, посижу в тенёчке.
- И я, - пискнула Рита и не дожидаясь меня, удрала через дорогу.
- Вы там ничего не курили, ночью? Морды у обоих белые, глаза красные и ведёте себя, как дебилы.
- Грибочки мы кушали. Иди, милая, иди.
Нет, ну точно фигня нездоровая: стоило удалиться от песчаного берега на полсотни метров и я ощутил значительное облегчение. Срочно на приём к психиатру.
Я присел на траву рядом с Ритой и она тотчас облокотилась на меня плечом. Вот ещё странность: за столько лет знакомства мы с ней и десятком фраз не обменялись, а с сегодняшней ночи - как прорвало. И не только нас: в реке Вера, весело хохоча, брызгала водой на Сергея, а тот охотно отвечал ей, время от времени, плюхаясь в серебристую воду, подобно маленькому бегемоту.
- Может здесь воздух такой? - предположила Марго, в ответ на мою мысль, высказанную вслух, - сближает. Ой...
- Ты чего?
- Да так, ничего...
Но я же не слепой. Ничего выглядело так, словно Серёга поцеловал Веру, а она, при этом, совсем не сопротивлялась. Удивительным было не это. Странно, но единственное, что я ощутил - это слабый тупой укол. И всё. Похоже, мир, мало помалу сходил с ума.
Ладно, массажист супруги: то ли - турок, то ли армянин; знойный мачо, с фигурой атлета. Хоть доказательств и не было, но там я мог, по крайней мере, понять. А вот флирт с толстым лысоватым Сергеем, которого Вера всегда презирала... Я хихикнул, не удержавшись и Рита изумлённо посмотрела на меня.
- Тебе весело? А я, честно говоря, подумала: ты немедленно побежишь колотить физиономию моему бегемотику.
- Успокойся, - я похлопал её по вздрогнувшей ладошке, - никому ничего колотить я не собираюсь. Пока, по крайней мере. Видишь ли, Марго, есть у меня очень сильное ощущение некой хренотени, происходящей с нами, посему обращать внимание на такую фигню - понапрасну тратить драгоценные нервы.
- Да ну! - она прищурилась, - то есть, даже если они незначительно перепихнутся, ты не станешь понапрасну нервничать?
