Снизу донеслось тихо ворчание. Звук супящейся земли, шаги. Прошло минуты две, пока служилые люди поднялись.
— Эка ты их. — Григорий проговорил одними губами. Глянул на трупы, потом на меня. В глазах я видел уважение. Справился с задачей я хорошо.
Принял у них свои рейтпистоли, перекинул через плечо кобуры с ними. Взял аркебузу. Черт, весит это все не так уж мало. Хорошо доспехи не надел.
Пора излагать план, тихо, еле слышно.
— Значит так. Слышите вопли?
Шум беснующегося лагеря, делящего добычу, доносился досюда ощутимо лучше. Звуки точно нарастали.
— Вы заходите справа, я слева. Ждете, пока я стрелять начну. Они запаникуют, неразбериха пойдет. Тогда вы бейте. Точности в моих пистолетах немного, вряд ли кого свалю. Если только позицию очень хорошую не выберу. Так что вся надежда на вас.
Они закивали.
— Как отстреляюсь, вперед двинусь с саблей.
— Может, лук возьмешь. — Григорий указал на трофейное оружие.
— Этим только детей пугать. — Скривился я.
— И то верно.
Мы разошлись.
Главное, чтобы эти двое не натворили шума.
Вновь я крался через заросли, огибал деревья, перелазал через упавшие стволы. Справа нарастал шум. Лагерь был близко. Я высматривал место для хорошей огневой позиции. И тут впереди увидел наваленные камни. Просвет в деревьях говорил, что скоро уже спуск, обрыв к реке. Тоже поросший молодыми дубками и подлеском, но мне туда не надо. Позицию искать здесь.
Каменный кусок руин выглядел хорошо. Добрался до него. Метра три высотой, покосившаяся стена, угол какого-то ушедшего в прошлое строения. Слева — битый белый песчаник, вперемежку с почти рассыпавшимся в крошку глиняным кирпичом. Впереди подлесок, но его мало, за ним люди. Идти дальше — могут заметить. Слева дубок. За ним место вполне годное.
Что там творится?
Шум стоял знатный.
Люди ругались, делили добычу. Всмотрелся сквозь заросли — вроде семеро. С моей позиции не было видно всю поляну, что доставляло проблем. Но, работаем с чем есть. Вооружены и снаряжены примерно, как те, что остались лежать у оврага. Плохонькие копья, дубины, луки, рваные, просаленные, потертые кафтаны. Выделялось двое, с саблями и в добротных шапках. У одного за поясом, поверх кушака я даже увидел рукоять небольшого пистолета.
Именно они спорили и ругались. Ожесточенно размахивали руками.
За спиной у каждого заняли позицию по двое. Седьмой — не решившийся встать на чью-то сторону, вооруженный топором и просто длинной палкой, стоял чуть поодаль, на входе в поляну. Наблюдал за происходящим внимательно, ждал момента встать на чью-то сторону.
У его ног я увидел скрученного, хорошо связанного и избитого мужика.
Пленника вязали со знанием дела, в одних портках оставили, даже сапоги сняли. Руки и ноги обмотаны плотно, смотаны друг с другом, на шею накинута петля. Особо не повозишься. Лежал он и не подавал признаков жизни. А тот, что над ним, замер, стерег.
Кони?
Они же их провели. Где они?
Прислушался, подождал, осмотрелся еще раз. Так, вот там дальше за полянкой есть протоптанное место. Могли туда увести, привязать. Убраться здесь особо некуда. С одной стороны — обрыв к реке, с другой — овраг. Кругом лес.
Здесь они где-то.
Есть ли с ними еще люди? Черт. Уравнение не сходится, данных мало.
Ругань нарастала. Один орал что-то про атамана и деньги, второй про ведьму и чертей. Знакомые словечки всплыли.
Так, никто не будет в здравом уме лишать себя возможности дележа добычи. Без приказа, жизненно важного. Охрана, это да. Кони — их можно оставить на время. Значит, это все. Семеро.
Мне в голову пришла опасная, но интересная задумка. Получше перекинув через плечо подвес кобур, я аккуратно вдоль каменного крошева, где подлеска было меньше всего начал подходить к ним. Чуть ближе к откосу, обходя вокруг.
Отличная позиция. Крепкий, кряжистый дуб пророс прямо через пол разрушенного давным-давно здания, от которого остался только поросший мхом угол и каменное крошево, сдерживающее активный рост подлеска.
В мое время здесь уже ничего не будет. Все порастет травой, обвалятся последние камни, дожди источат, тающие снега вымоют к реке, земля прикроет.
Время не щадит никого и ничего.
Рейтпистолеты с кобурами я положил к корням так, чтобы выхватить было легко. Поднял карабин к груди.
Так. Действуем зло и агрессивно, в случае сопротивления не щадим никого. Допросим пленного. Давай, Игорь!
Резким движением высунулся из-за дерева, вскинул длинноствольное оружие, целясь примерно в силуэт одного из главных спорщиков. Того, что спиной стоял. Нажал на колесцовый курок. Были бы фитильные, так хорошо не получилось бы, а здесь — самые продвинутые технологии того времени у меня на вооружении.
Бабах! Отдача сильно ударила в плечо. Орудие — зверь!
Мужика швырнуло вперед прямо на второго спорщика. Фонтан крови и внутренностей вырвался у него из груди, обдав окружающих. Больше всего досталось тому, что был напротив. Он в панике отшатнулся.
— Ааа! — поднялся крик. Они опешили, и у меня была секунда.
