Надо аккуратно пощупать, посмотреть. На рожон не лезть. Уж больно привлекательно смотрится такой пост. Налетел, порезал всех тихо. Дальше пошел.
Подобрался ближе. Двигался тихо. Прислушался.
Небольшой дымный костерок, распугивающий весенний гнус, отбрасывал длинные тени. Три человека сидело на бревнах вокруг, радовалось жизни, делало вид, что караулит. Я бы за такое прибил бы. Это же нарушение всех возможных идей постовой службы.
Но…
Дело нечисто. Не давало мне покоя такая явная глупость. Я задумался, осмотрелся.
Складывалось впечатление, что этих троих идиотов прямо выставили напоказ. Настоящий пост на другой стороне, в темноте. Скорее всего — воронье гнездо.
Если кому нападать, неопытный решит, что удача — налетит, этих идиотов порежет, а настоящие сторожа шум поднимут и гам.
Интересно.
Такой подход к делу говорил, что у Маришки есть смышленые и верные люди. Это не просто разбойники, а опытные бойцы, понимающие кое-что в ведении партизанских действий. Дополнительный плюс в идею того, что за всем эти разбойничьим людом стоит кто-то опытный. Какой-то человек военный. А ведьма — это хитрая выдумка и ширма. Яркая, броская, пугающая — марионетка.
Но — лишь обложка.
Я посидел еще немного в темноте, наблюдая за костром. Посмотрел, подумал, прикинул, где должен сидеть настоящий сторожевой пост.
Внезапно до ушей моих донеслось конское ржание. Стук копыт!
Здесь где-то рядом есть болото и гать через него. Там дальше вглубь. И оттуда двигались какие-то гости.
Затаился, смотрел во все глаза. Свет месяца был на моей стороне. Да и костер помогал.
Пьянчуги всполошились, испуганно переглядывались друг с другом.
— Стой, кто идет! — Выкрикнул один из них, поднимаясь и смотря в темноту.
Из леса показалось несколько всадников.
Татары!
Крымчаки! Это не хорошо.
Всмотрелся. Отряд не походил на какой-то дозор или рядовой разъезд. Боевой, сплоченный коллектив, бывший в деле и с него сейчас возвращающийся. Суровые, хорошо снаряженные, опытные. Один из них ранен, голова перевязана. Еще у одного правая рука покоилась на подвесе. Но трое выглядели опасными противниками.
Еще несколько человек в лагере Маришки, к тому же такие –плохо. Лишние бойцы — дополнительные выстрелы и больше риск, что кто-то сбежит или нападет из темноты. Весь этот хутор колдовской надо накрыть одним ударом.
— У-рус! — Окликнул первый всадник выбежавшего навстречу дозорного. Замахнулся на него плетью.
Тот отскочил, но за оружие хвататься не знал. Поклонился низко в пояс. Этих людей здесь знали и уважали. Боялись. Еще двое охранников-певунов подскочили с мест как ужаленные. Стали поклоны бить покачиваясь.
Какие-то важные персоны на хутор заезжают. Пойманные и допрошенные мной бандиты говорили про степняков. Но вскользь. Все четверо утверждали, что да — татары у Маришки есть. Заезжают, говорят с ней самой, с ее людьми, с атаманами. Но кто это такие, что делают, кому подчиняется и почему — не знали. Или очень хорошо скрывали такое.
Я стиснул зубы. Хреново, но отступать нельзя. Сегодня или никогда.
Конный отряд прошел мимо сторожей. Трое уселись обратно к костру. Повисла тишина.
Продолжал сидеть, наблюдал из кустов. Потратил еще немного времени. Ничего не изменилось. Охрана сидит, переговариваться начала. Скоро вновь запоют, веселые, безбашенные люди. Новых гостей не наблюдается.
Понял, принял. Сейчас моя задача разведать, а не вырезать охрану. План в другом.
Отступил, продолжил исследования территории.
Спустя где-то полчаса, может, чуть больше, блуждания по сырому лесу, близ болот я вернулся к отряду. Люди сидели тихо, вертели головами, вслушивались в лес вокруг. Когда я стал подходить напряглись, подумали, что это враг. Но быстро разобрались.
— Господа.
Подозвал всех, чтобы ввести в курс дела. Сгрудились вокруг меня, внимательно слушали.
— Пост на месте. Обойдем его через болото. Выйдем сразу к хутору. Налетим, откуда не ждут. С болота. Мокроступы готовьте, как тропу пересечем, чуть отойдем. Так сразу.
Бойцы кивали с пониманием.
— И еще. Пришел отряд татар. Пять человек, двое ранены, несильно. На лошадях с заводными. Выглядят, как отъявленные головорезы. Валите их не думая. Если получится, попробую сам одного в плен взять. Сами не рискуйте.
Эта новость моих подчиненных не обрадовала, как и меня.
— Идем. — Закинул вещмешок на спину. — Тихо, осторожно, слушаем не болтаем.
Отряд вновь двинулся в путь. Первого подвешенного трупака я решил за лучшее обойти. Повел чуть левее. Люди запах чувствовали, но тело не видели. Оглядывались по сторонам. Я это понимал по начавшей замедляться походке тех, кто брел сзади.
— Не отстаем. — Повернулся. Прошипел зло. — Ловушки там. Мертвечиной от них несет.
Наконец-то мы аккуратно пересекли тропу. Я пропустил всех вперед, посмотрел на то, что люди оставили после себя. Прибрал пару сломанных ветвей, валяющихся слишком явно. Откинул подальше. Днем следы заметили бы, если патруль глазастый прошел. Ночью, точно нет. Это надо следопытом мастерским быть, чтобы такое подмечать. И целенаправленно искать вдоль всей дороги места ее пересечения.
Повел людей дальше.
