— Только что звонил наш человек при Мириам, — все же сообщил вампир. Он нервничал настолько, что даже не заметил, как перестал скрывать клыки. Считалось дурным тоном показывать их без повода. Подобное было признаком неопытности, новичка. — Она узнала о Варисе и, кхм… она очень зла.
— Хорошо.
— Кхм?
— Это все?
— Нет. Нет, — покачал головой Антон, озадаченный реакцией князя. — Ей известно и о Еве. Она, кхм, — покосился он на девочку, — срочно заканчивает дела и в ближайшее время вылетает в Агарт.
— Сколько у нас времени?
— Трое суток. Кхм, возможно, четверо.
Измаил задумчиво кивнул.
— Кто такая эта Мириам? — спросил Исаия, досадуя, что так мало знает о своем новой мире. Он ненавидел бродить в неведении. Ева тоже заинтересованно подняла голову.
Жестом Измаил отпустил Антона и улыбнулся своим мыслям — кратко, рассеянно. Он не хотел говорить о Мириам, о прекрасной, могущественной княгине. Трижды она предлагала ему объединить территории, трижды предлагала свою любовь.
Первый раз он отказался, и они преспокойно выпили чай, перейдя к деловым вопросам. Кто сказал, что вампиры пьют только кровь?
Второй раз он отказался, и они занялись сексом. Мириам настаивала на слове «любовь», но Измаил отказал ей и в этом.
Третий раз он также сказал «нет», и Мириам бросила ему вызов. Они сразились, и она победила. Мириам имела полное право убить Измаила и забрать себе его земли. Она имела полное право, но вместо этого опустилась перед ним на колени, умоляя полюбить ее. Просто полюбить.
Хоть чуть-чуть.
Она была готова стать для него кем угодно — даже сестрой, даже просто тенью Агари.
Измаил ласково провел ладонью по ее мокрой от слез щеке и… отказался.
Мириам бросила вызов и победила. Она объявила, что отныне он — ее вассал. Об этом знали считанные единицы, приближенные из приближенных, но догадывались многие. Авторитет Мириам возрос. Возрос и страх перед ней. Та, кто одолела князя Измаила, могла рассчитывать на особое к себе отношение.
Не желая править Агартом, Мириам вернулась к себе, оставив в качестве соглядатаев несколько из своих людей, включая Вариса. Именно один из них доложил ей, что Измаил нашел для себя новую «Агарь» в лице шестнадцатилетней студентки.
Мириам приказала убить девчонку.
Но ее люди боялись в открытую пойти против Измаила. Так был найден Данилов Владимир, отслуживший солдат с подпорченной психикой. Ему не повезло жить по соседству от Евы Брянцевой. Внушение удалось на славу: снайпер весь день выслеживал цель и, когда появился шанс, выстрелил. К несчастью, неудачно. Второй попытки у Данилова не было: программа внушения требовала уничтожить себя. И он уничтожил.
Пришлось людям Мириам обратиться к запасному плану. Не желая лично пачкать руки в крови новой избранницы князя, они подкинули информацию Филиппу. Зная о судьбе его возлюбленной Алианы, они мастерски сыграли на чувствах горюющего. И Филипп действительно не удержался — бросился спасать Еву от участи Алианы. Она должна была стать его искуплением.
Но людям Мириам не повезло вновь. Они до сих пор не понимали, как князь узнал о готовившемся покушении.
— Так кто она? — повторила Ева вопрос брата.
Измаил отбросил воспоминания.
— Никто, — сказал он, глядя на Еву сияющими глазами. — Не беспокойся о ней.
…
Вскоре у Евы заурчало в животе, и Измаил пригласил дорогих гостей на поздний ужин. Заодно показал столовую для людей, что располагалась на минус третьем этаже. Помимо нее там были квартиры вампиров, живущих в общине. Как, впрочем, и на минус первом этаже, и минус втором, и даже минус четвертом — эдакий подземный отель.
Измаил назвал столовую «для людей», но и вампиров было предостаточно в этом большом зале из резного дерева и камня. Как правило, вампиры не могут употреблять твердую пищу или жидкости, содержащие жиры, вроде супа или молочного коктейля. Но чай, алкоголь, кофе или простую воду — вполне. Пользы, конечно, не будет, но мало кто из местных отказывает себе в удовольствии посидеть за простой чашечкой кофе.
— И это «столовая»? — восхищенно покачала головой Ева, разглядывая ряды тяжелой деревянной мебели, потемневшей от времени, колонны с искусной резьбой, огромные картины с историческим сюжетом, портьеры и гобелены, люстры из кованого железа и настенные светильники. — Скорее дорогой ресторан в средневековом стиле.
— Не «столовая», — рассеянно поправил ее Измаил, — столовая зала.
В зале царил обыденный шум любого кафе: разговоры, перестук столовых приборов, едва различимая музыка откуда-то сверху. Помещение в половину футбольного поля, но многие места были заняты: одиночками или парами, шумными компаниями или сонно-молчаливыми группами. У кого ни глянь открытые участки тела покрыты свежими и старыми шрамами от укусов. Мужчины и женщины, юные и зрелые, усталые и бодрые — самые разные, но Исаия не нашел ни одного старика или ребенка. И это… обнадеживало.
Они прошли к одному из крайних столов. Измаил учтиво отодвинул громоздкий стул для Евы, но сам садиться не спешил.
