Когда они с братом касались дел, особо волнительных, то их тоненькие голоса становились смешными и каркающими как какое-нибудь щебетание птиц или скорее кряканье уточки. Эти смешные голоса так веселили Шико, что он с улыбкой поправил, что именно своими глазами они не видели убийцу цыганки, а только обнаружили труп и пропажу кинжала.
- Да! Но Роксана же согласилась, что Чёрный Августин и любовник Марикиты один и тот же человек! - сказал активно жеманничая вопреки своей воле, Маринус Де Бурбон. Его лицо во время пылкого разговора становилось очень живым, брови двигались туда-сюда, глаза расширялись, а руки сжимались в кулачки или порхали перед носом собеседника как надоедливые бабочки.
- И что из этого исходит? - рассеянно спросил король.
Он никак не мог вникнуть в разговор Маринуса и Натаниэля, так как они приводили беспорядочные факты, известные только им, и постоянно перевирали имя Чёрной Лилии.
- Ну мы же нашли в груди Де Камерона кинжал Шико. Значит, по крайней мере, Марикиту и Де Камерона убил один и тот же человек. Этот человек Чёрный Башмак, он шпион, и скрывается где-то здесь, у всех на виду. Это человек, который вхож куда хошь! Которого никто не заподозрит, потому что он носит маску не только Черной Лилии, но и маску благопристойности. Прикрываясь как плащом расположением короля, - выдвинул Маринус свою идею.
- Ну и что? Что из этого? - воскликнул Шико, - мы все равно не узнаем кто это!
- Может, это Шико? - предложил Генрих.
- Я? Ах, ты Иуда! - Шико запустил в Генриха бумажным ангелочком.
- Неплохое предположение, - подхватил Де Бурбон, - А что Чёрного Красавца никто ещё не видел одновременно с Шико. А я ставлю под подозрение всех, кто не был одновременно с нами на Понт-Неф. То есть, это ни я, ни мой брат, ни герцог Анжу, ни Бюсси, и конечно ни Роксана!
- Да и меня этот Черный Красавец зачем-то спас, - вспомнил Де По, - вы бы стали меня спасать, господин Шико?
- Теперь он Чёрный красавец? - игнорируя вопрос, спросил Шико.
- Это точно наш Шико! Смотрите, он убил цыганку, потом Де Камерона своим кинжалом, - засмеялся Генрих.
- Всё сходится! - возопили братья Бомонт, потрясая кулаками в сторону шута.
- Ничего не сходится! - буркнул Шико.
-Да, но почему он так поступил? - задумчиво проговорил Де По.
- Да потому что он простофиля! - ответил ему Маринус.
- Мы закатим славную пирушку, а его не позовём! - хором сказали братья и рассмеялись.
- Что за бессмыслицу вы городите! - возмутился Шико.
- Во всем есть смысл, друг мой, - философично ответил Де По.
- Тогда советую вам написать трактат о выуживании смысла из ничего! У вас прекрасно получиться на пару с братом. Назовёте его “Абсурдные артикулы”, а наш дружочек Генрих их подпишет, примерно такие же абсурдные документы он подписывал, воцаряясь на польский престол!
- Пожалуй, мы напишем что-нибудь полезное о бессмысленности.
- В таком случае напишите памфлет.
- Мы не станем уподобляться грязным памфлетистам типа Обинье.
- Разве он плохо пишет? - изумился Шико.
- Само собой! Обинье - величайший из невежд, который напрягает свои дремлющие способности ради рассуждений о том, что ему неподвластно.
- Вы так говорите, а ваш батюшка Генрих Наваррский высоко ценит его службу, - заметил король.
- Если он в действительности даёт батюшке Наваррскому хорошие советы, то ничего удивительного, правда о чём-то жизненно важном доходит до понимания даже самых тупоумных. Поэтому не вижу никакой заслуги Обинье.
- Вы его ненавидите! - возмутился Шико, который был хорошо знаком с поэтом во время своего пребывания в Гаскони.
- Да, мы находим, что ему нужно отрубить все члены его гнусного тела. Начиная с языка, потом уши и руки, ну и всё остальное.
-С чего это вы взъелись на него?
-Да просто его гнусные памфлеты и стишки ничего не стоят. - туманно ответил Бурбон, не хотевший при короле затрагивать тему эпиграмм, которые Агриппа Д’Обинье сочинил про Генриха и его дурные наклонности. Впрочем, король и так прекрасно понимал о чем разговор.
- Вот именно, до коли этот червь останется непобеждённым? Неужто он и дальше станет источать реки гнили и зловонные его речи потекут по двору, омрачая наш слух? - негодовал Де По, возлежа на кушетке.
- Смерть ему, смерть гугеноту! - вскричал Шико, доставая шпагу и стуча по стенам.
- Прекратите, месье Шико! - с насмешкой сказал Маринус, - вечно вы с вашими провокациями! Сначала орёте во всю глотку: смерть гугенотам, потом все бегут по улицам резать людей. А вы вздыхаете и заявляете, что это король во всем виноват.
- Что за вздор! Когда это такое было? - возмущенный такими словами Шико спрятал шпагу.
- Вы слишком горячая голова! Вам лишь бы натравить всех друг на друга, устроив смертоубийства, а потом спихнуть все на короля и сидеть с самым умным видом и утверждать, что вы такое не советовали.
- Что за жестокие слова! Генрих, они меня позорят! Ну-ка, вели им молчать!
-Прекратите распри, - усталым голосом возвестил король, немного посмеиваясь над тем, как братья всеми силами пытались задеть Шико, чтоб посмотреть на него в гневе.
