Руслан возражал, спорил, снова повысил голос и под конец ссоры удрал из дома. Далеко он, конечно, не убежал, побродил по улицам, как следует вымок под ноябрьским дождем со снегом и вернулся. Никогда в жизни ему еще не было так тяжело на душе, разве что после Володиного отъезда. И самым неприятным было то, что матери удалось заронить в его душу сомнения. Нет-нет да вспоминалось… То округлившиеся глаза Риты: «У тебя что, это первый раз?» – у нее-то явно был далеко не первый… То случайно услышанные за спиной перешептывания девчонок из танцевальной студии… То поцелуй в губы, которым Рита с бывшим партнером Майком недавно обменялись при встрече…
Наутро немного успокоившаяся Галина Николаевна сказала, что готова помочь с деньгами на аборт, и Рус поспешил с этой новостью к Рите.
– Слизняк, – после паузы презрительно бросила ему партнерша. – Тряпка. Маменькин сынок. Поди прочь и даже имя мое забудь. И… знаешь, что? Я тебя проклинаю. Не танцевать тебе тридцать лет и три года.
Плюнула ему под ноги и ушла.
Конечно, это был пафосный жест. Как в кино, в каких-нибудь бразильских сериалах, которые Руслан никогда не смотрел. Но слова Риты неожиданно так сильно подействовали на него, что он несколько месяцев еще не мог прийти в себя. Жил, ездил на учебу, выполнял задания, разговаривал с мамой, встречался с друзьями – всё как во сне. На танцы не ходил. Потом понемногу восстановился, вновь научился улыбаться, смеяться, радоваться жизни. Но к танцам так и не вернулся, они исчезли из его жизни вместе с Рио-Ритой. Мама была в отчаянии, но Руслан решил, что заслужил эту кару. Нельзя было быть таким беспечным тогда, на даче у Наташки…
Постепенно вся остальная жизнь – та ее часть, в которой не было танцев, – окончательно вошла в привычную колею. Руслан вплотную занялся учебой, а потом и карьерой. С бывшей партнершей они с тех пор больше не виделись и не общались. Он даже ничего и не слышал о ней, потому что не просто ушел из танцев, а порвал все связи. Можно сказать, захлопнул за собой дверь в танцевальный мир. О Рите старался не вспоминать, но часто, даже слишком часто видел во сне танцующую женскую фигуру в алой юбке, развевающейся и дрожащей, точно языки пламени.
…Руслан поймал себя на том, что сидит в кресле, уставившись в одну точку – так захватили его воспоминания.
Он заставил себя вернуться к столу, где ждал его пазл с наполовину собранной картинкой. Удивительно, но сейчас работа шла как по маслу. Кусочки находились сами собой, точно и не было этого мучительного периода времени, когда казалось, что головоломка бракованная и ни одна деталь не подходит к другой. Через несколько минут собрался включенный телевизор – старенький, еще массивный, но цветной. На экране сцена, кулисы, а на сцене танцует пара. Это они с Ритой? Нет. Если танцовщица была вылитой Рио-Ритой, то ее партнер, хоть и виден был только со спины, Русланом явно не был. Брюнет с волнистыми волосами почти до плеч. Седая прядь… Интересно, на что эта часть пазла намекает?..
И буквально через несколько дней Руслан узнал на что.
Случайно оказавшись в центре, в пешеходной зоне, он услышал звуки музыки. Звучала «Рио-Рита», и Рус хмыкнул от такого совпадения. Он шел по Кузнецкому Мосту в нужном направлении, музыка становилась все громче, и в конце концов Руслан оказался на площади между Неглинкой и Петровкой, где, по-видимому, проходил какой-то уличный фестиваль. Мощный динамик, толпа зрителей вокруг подиум-площадки, на которой танцует пара…
Что???
Не может быть!
Тем не менее это была она.
Рио-Рита.
Но как? Ведь она на два года старше Руса! Ей сейчас пятьдесят два! А фигура как у девчонки – тонкая, изящная. И движется так, что и молодая танцовщица позавидует. Как вообще возможно так сохраниться?!
Партнером Риты был сухощавый брюнет с волнистыми волосами. Руслан заметил в них седую прядь – точь-в-точь как на сложившейся картинке пазла. Интересно…
Аранжировка песни была знакомая, та самая, которую Рус слышал много лет назад, когда познакомился с Ритой: с духовыми, четким ритмом, тревожным перестуком кастаньет. Но танец был другой. Да и движения другие – не было акробатических элементов, больше напоминало балет. Партнеры, как и в тот раз, танцевали ссору, но теперь между ними не было смертельной схватки. Именно просто страстная ссора – которая развивалась с переменным успехом то одной половины, то другой, но наконец завершилась примирением, не менее страстным объятием и даже имитацией поцелуя. Это было очень красиво. Помимо воли Рус вместе с остальными зрителями неистово зааплодировал, попутно отметив, как сжалось сердце. Как же долго он не танцевал! Почти столько времени, на сколько предрекла, проклиная его, «испаночка», – тридцать лет и три года… Румба на корпоративах, увы, не то, совсем не то…
