Тем временем музыка сменилась на танго, и рисунок танца тоже стал другим. Это была уже не ссора, а любовь… Как же великолепно двигалась эта пара! Слаженно, точно единое целое. Руслан залюбовался, все острее чувствуя, как в нем прорастает и укореняется тоска. Он тоже мог бы так танцевать, если бы не…
После аплодисментов зрителей Рус долго колебался, но все же решился подойти к ней, не без труда пробившись сквозь толпу. Рита не видела его, стояла спиной и с кем-то разговаривала смеясь. Ну надо же… Это действительно она! И вблизи абсолютно не выглядит на свои годы. Максимум можно дать лет сорок – и то с натяжкой.
Наконец она обернулась, скользнула по нему взглядом, и в глазах мелькнуло узнавание. Но вслед за этим, вместо того чтобы хоть как-то это показать – поздороваться или как минимум кивнуть, – она отвернулась и продолжила разговаривать с собеседником. Разве что улыбка с лица исчезла.
Они так и продолжали стоять совсем рядом, и Руслан чувствовал себя не в своей тарелке. Конечно, он не надеялся, что Рита радостно бросится ему на шею, но поздороваться-то можно хотя бы из вежливости! Все-таки столько лет не виделись. Однако Рита, очевидно, настроилась игнорировать его. Но просто сдаться и уйти после такого явного пренебрежения с ее стороны Рус не мог и не хотел. Чувствовал, что хоть что-то они должны сказать друг другу. Что ему это очень важно, даже необходимо.
«Музыка, – понял Руслан причину своей горечи и тоски. – Это все музыка. Я не могу без музыки и танца. Как я только существовал без них все эти годы – ума не приложу. А теперь как плотину прорвало…»
За плечом Риты появился ее партнер, брюнет с седой прядью. Теперь Рус рассмотрел его как следует. Среднего роста, великолепно сложен, двигается с той непередаваемой грацией, которая присуща только танцорам. Взгляд умный, волевой, ироничный. Видно, что он старше Руслана и старше самой Риты. «Они подходят друг другу, – не мог не признать про себя Руслан. – Даже чем-то похожи, как… как два красивых хищника».
Рита наконец улыбнулась – своему партнеру. Ее собеседник тем временем распрощался и отошел.
– Мне кажется, что тебя упорно кабесеят, – негромко заметил ей брюнет и чуть насмешливо улыбнулся одной половиной рта. Она ответила ему понимающей улыбкой.
«Что-что делают? Как он сказал?» – пронеслась мысль в голове Руса.
Рита наконец соизволила «узнать» его и посмотрела ему прямо в глаза – равнодушно, даже бесстрастно.
– О, – сказала она, словно заметила его только сейчас. – Какими судьбами? Познакомься – это мой муж, Андрей. Андрей, это Руслан. Мы танцевали с ним когда-то, сто лет назад. Один из партнеров.
Рус понял, что она до сих пор его не простила, и это было неприятно. Словно он сполна «отмотал срок» за преступление, а ему по-прежнему предъявляют обвинение. Впрочем, Рита всегда была жесткой.
– А что вы танцевали? – заинтересовался Андрей.
– Да бальную программу, – отмахнулась она. – Ой, это было так давно. Детство, короче говоря.
– Там, на подиуме, сейчас бачатеро будут и кизомберы, – непонятно выразился муж Риты. – Может, пойти кофе попить?
Он перевел вопросительный взгляд с Риты на Руслана и опять на Риту, явно не зная, как быть. И Рус решил взять инициативу в свои руки.
– Пойдемте, конечно, – сказал он. – С удовольствием угощу вас хорошим кофе. Тут совсем рядом есть отличное местечко.
Он был почти уверен, что Рита откажется. Но та неожиданно кивнула и последовала за ним, предварительно взяв мужа под руку.
Кафе действительно было уютным, но Руслану было дискомфортно – что он, впрочем, всячески старался скрыть.
– Ну, хоть расскажи, как ты, что ты, – как можно более нейтрально пытался расспросить он, когда официантка, приняв заказ, отошла от их столика. – Столько воды утекло.
– Да все хорошо, – пожала плечами Рита. – Мы с Андреем давно женаты, у нас своя танцевальная школа на Чистых Прудах. Довольно популярная, кстати.
– А направление какое? – спросил Рус. Несмотря на всю неловкость ситуации, было приятно хотя бы говорить о том, что он любил, с тем, кто понимал и разделял его страсть.
– Мы преподаем аргентинское танго, – ответила она. – Это основное направление нашей школы.
– Ну, танго мы тогда среди прочего тоже танцевали, – заметил было Рус, но она прервала довольно резко:
– Это АРГЕНТИНСКОЕ танго, ничего общего с бальным. И не «среди прочего».
На помощь Руслану неожиданно пришел Андрей, видимо, заметив, что собеседник несколько обескуражен.
– Она яро чтит кодигос, – пояснил он. – И исторические корни АТ. Просто именно АТ – аргентинское танго – действительно не бальное. Ничего не танцуется напоказ, вся страсть и чувства внутри. Это история для двоих, не для зрителей. Каждая танда – маленькая жизнь.
Руслан почувствовал, что с Андреем ему проще общаться, и обратился к нему:
– Я уже столько терминов незнакомых услышал. «Кабесеят», «кодигос», «танда». Чувствую себя как-то… не в теме. Разве что слово «кодигос» – могу предположить, что оно созвучно с «кодексом».
