– Хорошо, – наконец сказала она. – Допустим, я поверю, что ты искренен и понимаешь, что такое решиться родить и воспитывать ребенка без отца. Как правило, это очень тяжело. Расписывать подробности я не буду. И врать не буду. Мне просто чертовски повезло… Мне только непонятно – чего ты добиваешься своими визитами? А то как в кино получается – нарисовался через много лет такой горе-папаша, и… «Я хочу видеть свою дочь», будьте-нате. Что ты от нас хочешь сейчас?
– Сам не знаю, – честно признался Руслан. – Я просто шел по Кузнецкому и услышал на улице музыку. И не просто музыку, а именно ту мелодию, с которой у меня много связано… Связаны воспоминания об одном из лучших периодов жизни. Вся моя жизнь была тогда музыкой и танцем. И ты была для меня музыкой и танцем. Музой. Вдохновляющим огнем, который я по ошибке принял за любовь. Но расплачиваться за мою ошибку пришлось тебе.
Рита молчала, водя пальцем по узору на скатерти – белому на белом.
– Хорошо, – наконец сказала она. – Раз пошел такой каминг-аут, скажу, что это и моя ошибка тоже. У меня ведь было в точности то же самое. Страсть – это страсть, не любовь. Мужику надо удерживать ее в штанах, а женщине – в холодной голове. Вероятно, я виновата даже больше, чем ты. Я все-таки была старше, должна была соображать, что ты зеленый пацан на мамкином воспитании и многого можешь не знать и не понимать. А я уже насмотрелась всякого и поняла, что придется самой прогрызать себе дорогу в жизни и ни на кого не рассчитывать. Заботиться о контрацепции нужно было в первую очередь мне.
– И мне тоже, я же мужчина… – начал было он, но Рита как будто и не слушала.
– И давить на тебя уж точно не стоило, – продолжала она. – Тут я действительно виновата по горло. Я страшно перепугалась тогда, растерялась, не знала, что делать. И толком не понимала, чего требовала от тебя. По сути, ведь хотела, чтобы ты, как волшебник, взмахнул палочкой и как-то исправил безвыходную ситуацию. Типа: раз! – и ничего нет, и не было никакой беременности. Не умом, конечно, этого хотела, но… В общем, дура была.
– Но как же ты все же решилась родить? – осторожно поинтересовался Рус. – Без мужа, без постоянного заработка, без нормального жилья?
– У меня отрицательный резус-фактор, – объяснила Рита. – Я об этом даже не знала, пока анализы не сдала. Врач сказала, что если я сделаю аборт, то может больше не быть детей. И я оставила ребенка.
– Ясно… – кивнул он, не зная, что еще можно сказать.
– И заявляю ничуть не кривя душой, – Рита упрямо тряхнула черными волосами – как хорошо он помнил это движение! – что ни разу, ни на мгновение об этом не пожалела. Первое время было очень трудно, что греха таить. Но спасибо моей семье, они мне все помогали. И мама, и отчим, и брат, даже бабушка с дедушкой из последних сил. Сидели с Элькой, отпускали иногда меня танцевать. А я еще до беременности познакомилась на одном из танцевальных фестивалей с одним тангеро, хотя тогда я еще даже не знала, что это так называется. Он был сыном нашего полпреда в Аргентине и старше меня на шесть лет. С детства увлекался латиноамериканскими танцами, был в них как рыба в воде. С тех пор как его семья вернулась в Москву, работал преподавателем различных танцевальных направлений и был одним из тех, кто привез в Москву АТ, аргентинское танго. Из всего многообразия предпочитал именно его. Как ты понимаешь, речь идет именно об Андрее.
– Да, я понял, – кивнул Руслан.
– Эльке было всего семь месяцев, когда мы встретились снова, – продолжала Рита. – Танцевали, потом проговорили всю ночь. И можно сказать, что с тех пор уже больше не расставались. Нас закрутило, как в водовороте. Если честно, я первое время постоянно со страхом ждала, что все вот-вот закончится. Ведь я впервые в жизни испытала… поняла, что такое любовь. До этого были мужчины, конечно, но со всеми бывало… ну как с тобой. А здесь совсем другое чувство. Глубокое, как море. Андрей потом сказал, что и у него было в точности так же. Но как ни боялась его потерять, все равно сразу же рассказала, что у меня есть дочь.
– А он что же? – не выдержав, поинтересовался Рус.
– А он улыбнулся и сказал: «Хорошо, что уже готовая. Сможем всю жизнь с тобой танцевать без перерывов на беременность».
– Молодец! – искренне восхитился Руслан.
– А я о чем, – усмехнулась Рита. – Я тогда расплакалась, наверное, впервые в жизни расплакалась от счастья. Вот так круто у меня все повернулось. Мы поженились, стали вместе растить Эльку, и Андрей действительно принял ее и полюбил как собственную. Иногда мне даже кажется, что он любит ее больше, чем Тони. С сыном он бывает строг, а с ней – почти никогда. И Элька даже не подозревает, что Андрей не настоящий ее отец. Впрочем, что такое «настоящий»? Только тот, кто растит, а не тот, кто зачал…
