И из-за этой, в общем-то, прихоти он, Руслан, сделал несчастными множество людей: жениха Дианы Глеба, саму Диану и даже себя. И что самое неприятное и тяжелое – свою бывшую семью. Олю и детей. Пусть даже с Дианой он сошелся после развода. Не будь второго брака, он, скорее всего, сумел бы помириться с Олей, а потом, со временем, глядишь, и с Егором. Но, став мужем Дианы, он сам, собственными руками сжег единственный мост, который связывал его со счастливым прошлым и мог в это счастливое прошлое вернуть. Только теперь Руслан понял, что дело было не в запоздалых гормонах и не в потребности самоутвердиться, реабилитироваться в собственных глазах. Он женился на Диньке для того, чтобы доказать – не себе, а Оле, – что у него все отлично и он не пропал, расставшись с ней. Мол, вот гляди, Ольга, какого мужчину ты потеряла, я еще о-го-го и могу понравиться молодой красотке… Как же это глупо, господи ты боже мой, как по-идиотски…
– Ты любишь Глеба? – неожиданно подняв голову, спросил Руслан.
Диана перестала плакать, смотрела настороженно.
– Мы с ним вместе так давно… Со школы… С седьмого класса за одной партой. И потом тоже вместе все время… Ковид этот чертов, мы оба подломились, не выдержали, – глухо сказала она наконец и отвернулась.
«А ведь у них серьезные, проверенные временем отношения, – понял он. – Мне в них места нет…»
– Ты слышала такую фразу «Нет безвыходных ситуаций, есть неприятные решения»? – спросил Руслан.
Она неопределенно пожала одним плечом.
– Знаешь, – мягко продолжил он, – иногда развестись – лучшее решение. Куда лучше, чем попытки восстановить то, что восстановить нельзя. Предлагаю остаться в этой ситуации… просто людьми. Прости меня за… за то, что все так получилось. За то, что я сделал. Что думал только о себе, а не о тебе.
Она смотрела на него почти испуганно, не веря. Так смотрит ребенок на родителя, который неожиданно разрешил ему то, что все время запрещал. Руслану вдруг стало остро жаль ее. Он ведь практически сломал ей жизнь… почти. За что, что она ему сделала?!
– Ты дашь мне развод?! – переспросила она, словно он пообещал ей какой-то дорогой подарок.
– Но мы ведь оба этого хотим? – ответил вопросом на вопрос Руслан.
Она быстро закивала.
– Прости и ты меня, – сбивчиво заговорила Динька. – Я давно уже об этом думаю… Я сначала испугалась, думала, как же так, ведь у нас все же хорошо. А потом думаю, ну какое там хорошо, мученье одно. Убеждала себя, что так нельзя же. А как можно-то? Мы какие-то чужие стали, как отрезало ножом, и моментом как-то. Да нам и все разное нравится… Раньше не замечалось, а сейчас… Я все время плакала, а тебя же дома нет, ты и не знаешь. И думаю – ну как так «развод». Он и не пьет, и не обижает, и деньги хорошие зарабатывает, и меня вроде как любит… Ну что я за дура такая! И сказать кому-то из своих стыдно, они этого вообще не поймут! Мне так плохо было…
И тут она заплакала снова – так горько, так жалобно, что у Руслана защемило сердце.
– Ну что ты, – почти испугался он.
Подошел, обнял, погладил по голове как маленькую.
– Что же это за ужас такой, а? – всхлипывала она и в самом деле как ребенок, успокоенная его прикосновениями. – Ну вот как так получилось, а?
Он продолжал гладить ее – без всякого сексуального подтекста, просто жалея:
– Ну… полно, полно. Ну, плохо, согласен, но у людей как только не бывает.
– Знаю…
– Случаются ситуации и похуже, поверь.
– Да знаю я… – Диана прерывисто вздохнула, отстранилась, посмотрела исподлобья: – Ты… ты очень хороший, правда. Но… почему-то не получилось. И я… я хочу вернуться к нему, к Глебу. Он зовет, давно зовет. Но я ни разу… Вот честно. Ни разу тебя не обманула. Я не могу так… Вообще, мне очень тяжело было, тоскливо. Последнее время особенно.
– А теперь как? – с надеждой спросил он.
– Теперь… – Она замолкла на миг, прислушалась к себе. – Теперь вроде… полегчало.
– Ну и отлично, – выдохнул Руслан и, чтобы поскорее закончить неприятный разговор, перешел к практической стороне вопроса: – Тогда давай прямо завтра этим и займемся. Надо узнать, сейчас вроде можно даже подать заявление дистанционно, без поездки в ЗАГС. Мы же можем обойтись без суда: детей у нас нет, делить нечего…
Он вопросительно посмотрел на нее, и Диана быстро согласно закивала.
– Ну и славно. Вам с Глебом есть где жить? – снова торопливые кивки. – Совсем хорошо. Машину свою заберешь, она же так и так на тебя записана. Ну и все остальное, что посчитаешь нужным.
– Да ничего не надо… – начала было Динька, но он шутливо-строго осадил ее:
– То есть как – «не надо»? Мне что – все твои вечерние наряды и каблуки самому теперь носить? На помойку же выброшу!
И она не стала спорить:
– Извини. Да мне просто уже и неловко как-то.
– Давай договоримся – это твое, и ты все это забери, пожалуйста. А если и дальше неловко будет – распорядись этим всем по своему усмотрению. Отдашь кому-нибудь или еще что…
– Да… Хорошо… Да что мы всё про вещи! Можно, я ему позвоню?!
Глаза ее сияли. Не дослушав ответа, Диана в последний раз вытерла глаза и вышла с телефоном.
