"Ловец удачи" и убийца драконов продолжили свой путь и, оказавшись за порогом, принялись осматриваться по сторонам. Нет, они не любовались картиной морозного утра, которое, по чести сказать, пусть даже и в цитадели темных эльфов, мало чем отличалось от подобных ему в других городах. Интересы обоих в данном случае совпадали в одном стремлении: найти место, где выпить чего-нибудь горячего и бодрящего, а совсем хорошо было бы еще и позавтракать.
- Что-то холодно сегодня, - Грэф вжал голову в плечи и сложил руки на груди, спрятав ладони подмышками.
- Да уж, - протянул Карнаж, морщась и потирая кончики своих длинных и острых ушей, - Где бы нам...
- О! - перебил его феларец и указал в сторону просторной веранды, где два темных эльфа из городской стражи готовили завтрак, что следовало из поднимающегося над котелком пара и ароматов имбиря и петрушки.
- Я думаю, они нас...
- Конечно-конечно, - Грэф не стал дожидаться, пока Феникс закончит и эту мысль, а толкнул его под локоть, направляя в нужную сторону.
Не сказать, что темные эльфы сразу обрадовались нежданным гостям, а позже и сотрапезникам, но присутствие Карнажа и тут сгладило шероховатости. В конце концов, полукровка ныне почитался в цитадели героем. И даже дважды. Что уж говорить, не каждый день к детям Черной Вдовы приплывали те, кто, едва убив одно чудовище, терзавшее цитадель изнутри, буквально через месяц умудрялись прикончить второе, штурмующее их дом снаружи.
Традиции эпоса Материка тех лет изо всех сил поощряли молодых рыцарей пускаться в странствия и насаждать покой и справедливость там, куда не дотягивалась изрядно укороченная войнами рука закона. А, поскольку каждому странствующему герою подобало иметь своего оруженосца, то присутствие Грэфа было воспринято даже здесь, в цитадели, на самом краю известного мира, как нечто само собой разумеющееся. Это лишний раз подтверждало старую истину в философских трактатах халфлингов. Она заключалась в том, что, хоть немного следуя глубоким традициям, можно было всегда набить брюхо, а иногда и кошелек.
Картавые жители Истании были проницательны, когда утверждали о негласной опоре на древние устои, как о нерушимом правиле любого времени крупных перемен. Иными словами, подойдя к порогу с ореолом классического героя и "защитника слабых и угнетенных", можно всегда рассчитывать на хлеб и соль. И попробуйте-ка подступиться к тому же самому порогу с вывеской новых идей и переосмысления мира на общее благо? В лучшем случае, получите на голову ушат помоев и уйдете не солоно хлебавши, облаянный всеми соседскими дворнягами. Впрочем, такая банальность была в духе любого времени...
Насытившись и разжившись кипятком для лангвальдского чая, Феникс с умиротворенным видом уселся на перила лестницы, ведущей на веранду, и там, не спеша, принялся потягивать крепкий напиток через серебряную трубочку, поминутно вздрагивая всем телом. Грэф устроился рядом на ступенях, подстелив свой ношеный плащ и раскурив длинный феларский чубук, будто и в самом деле являлся оруженосцем полукровки. Справедливости ради стоит отметить, что для стороннего наблюдателя эти двое и в самом деле являли собой любопытное зрелище: рослый, широкоплечий Грэф, с прислоненный к плечу двуручным мечом и худой красноволосый полукровка с длинными руками и ногами, чей диковинной формы клинок стоял в ножнах у перил, под правой рукой своего владельца.
- Дозволишь полюбопытствовать? - нарочито вежливо спросил Грэф, протягивая руку к оружию Феникса.
- Валяй, - ответил Карнаж, не выпуская изо рта трубочки.
- А где твой прежний меч? - будто между делом спросил феларец, проводя пальцами по изогнутой рукояти клинка темных эльфов.
- В надежном месте, - отрезал полукровка.
Где-то рядом раздалось кошачье урчание. Грэф покрутил головой в поисках живности, покосился на темноту в провале камня, что скрывалась под деревянными ступенями лестницы, и шикнул: "Брысь!"
Карнаж усмехнулся.
- Вот ведь какой сюрприз, а я уже не чаял увидеть наследников
- Разумеется, - кивнул "ловец удачи", - Я много читал об оружии детей Черной Вдовы. Вернее, пробивался через завалы легенд, слухов и догадок.
- Еще бы, ведь хронисты редко спрашивают мнение кузнечных дел мастеров, когда строчат свои фолианты.
Карнаж прищурился:
- Стало быть, ты кузнец?
- Если я спрошу, как ты догадался, это будет пошлым вопросом?
- Да. Лучше расскажи мне о клинке.
- Стало быть, ты не уверен в том, что ты знаешь о нем?
- Если я спрошу, как ты догадался, это тоже будет пошлым вопросом?
- Точно, - кузнец рассмеялся.
Грэф сделал глубокую затяжку, выпустил облако сладковатого дыма в холодный воздух и, зажав чубук в зубах, продолжил осмотр клинка.
