— Я не отдавала приказов убивать гостей и горожан, поджигать здания, господин префект, — произнесла Ветер. — Мои люди, быть может, вынуждены были защищаться, потому что ваша стража не способна обеспечить безопасность гостей города. Либо вы предоставите мне доказательства и я отвечу за всё, либо не смейте позорить меня ложными обвинениями. Я не уйду из города до тех пор, пока это дело не разрешится.
— Вы хотите устроить суд? — Катилус покраснел ещё больше. — Что ж, госпожа магистр, будет вам суд! А пока что я запрещаю вам и вашим солдатам покидать стены поместья.
— Пожалуйста, — Ветер махнула рукой и развернулась спиной к Катилусу, не желая с ним более говорить. Префект выругался и исчез в тёмной улице. — Энард, расставь двойной патруль, вы не в увольнении. Ардира и отряд, за мной…
Они поднялись на второй этаж. Ветер открыла двери в магистерские покои.
— Собирайте вещи, — бросила она. — Я перенесу вас из города. Займитесь башней. Путеводитель укажет путь, я надеюсь. Поторопитесь, пока старый упырь не пригнал чародеев, которых у него якобы нет.
Ринельгер без лишних слов заскочил в свою комнату, она была соседней. Вещей из таверны он прихватил совсем мало, и они с утра все ещё были уложены. Он повесил сумку на плечо, закрепил ножны на поясе, и его взгляд упал на тряпку. Серп. Он был вмурован в дверь башни. Откинув ткань, Ринельгер уложил его под мантию и развернулся к Сенетре. Она дремала, но сквозь сон посмотрела на сортаника:
— Ринельгер?
— Проклятие, — подумал чародей и вслух сказал: — ты остаёшься здесь. О тебе позаботятся, подруга. Я предупрежу.
Она не ответила, видимо, уснув и прослушав всё, что он сказал. Ринельгер вышел из комнаты, весь оставшийся отряд стоял у покоев Ветер и ждал только его. Чародей пробормотал «сейчас», спустился в гостиную, нашёл служанку и передал ей все рекомендации. За столом сидел Энард и парочка легионеров.
— Я прослежу, чтобы все указания были выполнены, — сказал капитан, услышав, о чём говорил Ринельгер.
Чародей кивнул, ещё раз глянул на служанку и поспешил присоединиться к отряду. Ардира не задавал вопросов.
Покои магистра были залиты синим цветом, по стенкам пробегали алые искры. Руна на полу пылала ярким пламенем, а кристаллы на постаментах медленно испарялись. Сама Ветер, раскинув руки, стояла у края портала.
— Живее, — скомандовала она и обратилась к рунам. — Я желаю попасть в окраину предместий Ветмаха.
Портал выбросил отряд на берег Реи в десяти саженях от первых домов. Ринельгер приземлился неудачно: как только почувствовал землю ногами, он наткнулся носком о камень и упал лицом вперёд. Благо хоть успел руки подставить. Фирдос-Сар помог подняться.
Пейзажи напоминали те, что появлялись во снах: пологие берега и бескрайние равнины, отличающиеся только тем, что редкие леса и одинокие деревья уже давно пожрал ядовитый дождь, а солнце скрывала алая пелена. Ринельгер огляделся — позади них стояла Ветер.
— Найдите башню, — проговорила она, повернувшись в сторону, куда устремилось течение Реи. — И сторожите её, пока я не вернусь.
Ветер взмахнула руками, к ней ринулись потоки воздуха, она стала водить ими вокруг себя, образовывая воронку, с каждым движением всё яростнее и яростнее. Отряд попятился. Ринельгер впервые стоял близко к левитирующему чародею — Ветер поднялась в воздух, подол её мантии рвало зарождающейся бурей, и она стремительно понеслась на юг.
— Мать моя рунарийка, — сплюнул Фирдос-Сар.
— Интересно, куда это она? — хмыкнул Ринельгер, быстро придя в себя от впечатлений.
— А она с тобой не поделилась? — фыркнул Ардира. — Нас это не касается. Видимо, Мёртвый Легион попал в беду, или она решали брать город штурмом. Идём, отряд, у нас мало времени на подготовку.
***
Святилище Матери находилось в Кредохатре — части Маредора, особенно древней и неприступной. Кредохарт — название, используемое Народом и близкими к этому месту поселениями, всему же остальному миру оно известно как Сердце Леса. Зерион никогда не ступал в священные земли Маредора, как и многие его сородичи. Последними рунарийцами здесь были, как гласят легенды, король Валемерт и десять его соратников на закате Тайного Века.
Честь, большая честь оказаться в Кредохарте, прийти сюда другом Народа. Ещё большая — говорить с Матерью, настолько загадочной фигурой, что её описания нет ни в единой книге во всём мире. Кто она или что — точно неизвестно, но в Конклаве принято причислять её к духам. Грубое определение, на взгляд Зериона, и маредорийцы на это намекали. Слишком большой землёй она руководила, слишкмо долго хранила Маредор. Матерь древнее хроник, древнее Ригальтерии и старше Архилиоса, первого дракона Мощи. Всем известно, что духов порождали именно драконы-полубоги. А значит, владычицу леса породили сами Лерон и Залас, творцы из Потока.
