Через пару сотен метров проход стал заметно сужаться, и к концу пути ребятам приходилось идти практически боком. Бони со своей комплекцией вполне умещалась, лишь чуть скруглив плечи. Она услышала в голове издевательский голос Лестата: «Так им, переросткам», и мысленно неодобрительно покачала головой.
Протиснувшись в узкую расщелину и рискуя в ней застрять, троица вышла в довольно просторный каменный грот, пол которой представлял собой систему ручейков, разделенную выступавшими высоко вверх камнями.
— Осторожно, камни скользкие. А что на дне — неизвестно. — Гроу первым прыгнул на один из валунов, тут же почувствовав, как нога соскальзывает в воду. Вовремя среагировав, он устоял на второй, зачерпнув немного ледяной воды ботинком. Он в негодовании потряс ногу, но всю влагу вытрясти таким образом невозможно, так что пришлось продолжать путь в мокром ботинке. Позади он расслышал издевательский смех Бони, и раздраженно выдохнул. Он знал, что смеялся Лестат, но голосом его… Тут он задумался, а кто ему Бони? Любимая девушка? Очень громкое заявление, с учетом того, что у них даже свиданий не было. Решив не отвечать на свой вопрос, Гроу продолжил путь, слыша за спиной голоса друзей, также прыгавших с камня на камень.
У противоположной стены пещеры плоские камни образовывали что-то вроде тротуара, так что можно было не опасаться падения в воду. Однако расстояние до него от последнего валуна было внушительным даже для рослых ребят. Подхватив кольцом рук спрыгнувшую с валуна Бони, Гроу придвинул ее ближе к каменной стене, не давая соскользнуть вниз. Он тут же убрал руки, мирным жестом разводя их по сторонам, так как в ответ на свой жест получил горячий ненавидящий взгляд Лестата.
— Она тебе передает «спасибо», а теперь вали с моей дороги. — Гроу посторонился, пропуская мимо девушку, и лишь терпеливо возвел глаза вверх, выдыхая медленно, чтобы успокоиться. Они уже практически нашли проклятый флакон, и все вот-вот закончится. Сатья, молчаливо смеясь, кинул на друга понимающий взгляд.
Вдоль стены выступавшие слишком сильно камни делали путь не таким гладким, как предполагалось изначально. Некоторые из них можно было перелезть сверху, другие позволяли проползти под ними. Троица остановилась перед абсолютно гладким огромным валуном. Даже Сатья, со своим немаленьким ростом озадачено осмотрелся вокруг.
— Неужели тупик?
— Нет, он там. Мы совсем близко. — Бони со сверкающими адреналином глазами осматривала камень. — Эй ты, влюбленный, иди-ка сюда. — Гроу вспыхнул, то ли от откровенного хамства, то ли от столь открытого признания его чувств. Однако и сам понимал, что им без взаимопомощи не преодолеть препятствие.
Гроу подставил сцепленные в замок руки под колено Бони. Когда та уперлась ногой, он с силой потянул, даже с избыточной энергией, буквально закидывая Бони наверх. Не ожидал он, что она настолько легкая. Он с испугом всматривался в темноту камня:
— Бони, ты жива?
— А-то ж. — Симпатичное лицо появилось над камнем, обрамленное выпавшими из хвоста волосами. Гроу почувствовал, как сбилось дыхание, а сердце усилило ритм. Ох, не думал он, что дела сердечные его когда-нибудь затянут. — Залезайте, мальчики, оно тут! — Возбужденный голос отдалялся — девушка уже неслась куда-то в темноте.
— Давай. — Гроу махнул рукой Сатье.
— Меня ты так не подкинешь. Я больше восьмидесяти вешу. — Гроу неопределенно дернул плечами. Сатья молча присел, подставляя спину другу. — Я буду вариантом лестницы.
Чуть отойдя, Гроу разбежался, оттолкнулся от спины Сатьи и смог уцепиться руками за край валуна, но тот был покатым и скользким. Руки предательски заскользили, и Гроу почувствовал, что вот-вот свалится обратно, возможно, Сатье на голову. Но его неожиданно схватили за рукава камзола, буквально затаскивая на валун. В темноте он различил облик Бони, и благодарно кивнул, получив в ответ лишь презрительное «фи».
— Вы долго телепаетесь, мясные мешочки. — Голос Бони зазвучал по-другому, многократно усиленный стенами пещеры. Гроу, поспешив зажечь спрятанный перед прыжком фонарь, с беспокойством смотрел на Бони. Та стояла в расслабленной грациозной позе, держа в руках небольшую бутылочку, наполовину заполненную густой красной жидкостью. По красным разводам на губах стало ясно, что вторая половина содержимого была выпита. Бони с наслаждением облизала губы, так и не стерев до конца следы кровавого пира.
— Наконец-то. Ты не представляешь, что такое свобода после долгих лет заточения и прислуживания вопреки собственной воле. Ты, мясной шарик, ходящий по земле на тонких ножках, имел больше свободы, чем я тогда. Но не сейчас. — Бони сделала еще один затяжной глоток. Густая жидкость, превратившаяся практически в желе, переползла по стеклу, пропадая за губами девушки. Гроу, скривившись, наблюдал за пиром демона, незаметно проводя рукой по единственному предмету в зоне его доступа — фонарю.
