– Почти тезка, – Вилена искренне улыбнулась, вновь и вновь бросая взгляд на дисплей. – А где же мой наставник? Он хотя бы приходил ко мне?
– Паша? Он сейчас на уроке.
– На уроке? – удивилась Вилена. – Я думала, ему нет необходимости посещать занятия, раз он уже окончил обучение…
– Разумеется, – Лена снисходительно улыбнулась. – Он ведь не учиться, а преподает. Очередная демонстрация.
Точно. Вилена ощутила себя полной идиоткой и тихо выругалась.
– Я попрошу его зайти к тебе, – блондинка попыталась сгладить неловкую ситуацию, и новенькая была ей благодарна за это.
– Можно еще один вопрос? Я просыпалась хотя бы раз за это время? Просто… я ничего не помню, а из стакана кто-то…
– А ты наблюдательная, – добродушно прервала ее Лена. – Но нет, не просыпалась. Должно быть, кто-то из твоих друзей приходил сегодня утром. Я могу проверить журнал посещений, если хочешь.
– Так вот зачем нужен тот журнал, – девчонка вспомнила про тетрадь, некогда лежавшую без дела в ее комнате. – Нет, спасибо, не стоит. Пусть это останется в тайне.
Она нервно засмеялась, прежде чем поняла, что шутка совершенно неудачная. Лена еще некоторое время рассказывала пациентке обо всем, что было проделано с ее ранами за последние дни. А затем мило попрощалась и ушла.
Дверь вновь противно заскрипела, заставив Вилену оторваться от «занимательного» разгадывания судоку. Знакомая фигура медленно зашла в палату, словно боясь кого-нибудь разбудить. Паша неуверенно смотрел по сторонам. Это свидетельствовало о том, что за эти четыре дня он не навещал свою напарницу. Вилена тут же поняла это и недовольно буркнула себе под нос.
– Да заходи ты, здесь никого нет, кроме меня.
– Я боялся разбудить тебя, – он улыбался, держа в руках маленький яркий букет цветов, перевязанных белоснежной лентой. Вилена вопросительно посмотрела на парня, принимая подарок.
– Спасибо, но в честь чего?
– Просто так, – равнодушно ответил Паша, присаживаясь на соседнюю кровать. – Это не от меня.
– О, здорово…
– Да, это от Марка. Попросил передать.
Вилена загадочно улыбнулась, наблюдая за тем, как изменилось выражение лица наставника: от приветливого до презрительно-недовольного.
На мгновение в воздухе повисла неловкая пауза: девушка пыталась запихнуть букет в узкий стакан с водой, и когда у нее все-таки получилось, стакан опрокинулся, облив сумку, лежавшую на полу.
Вилена недовольно цыкнула, наклонилась, чтобы поднять букет. Наставник заметил выбритый на ее голове участок волос. Паша прочистил горло, чтобы привлечь внимание подруги, одновременно пытаясь сдержать смешок.
– Я так и знала, что ты не сможешь промолчать, – злобно отозвалась девчонка, вернувшись в нормальное положение. Мокрый букет теперь покоился на тумбочке рядом с телефоном. – Мог хотя бы для приличия сделать вид, что не заметил ничего.
– Прости, но… Это выглядит довольно забавно.
– Подставляй сюда голову, и я тебе сейчас твою собственную забаву вырежу.
Паша виновато потупил взгляд, но все так же улыбался. Вилена поправила больничный халат, который окутал ее ноги, мешая нормально двигаться. Ткань никак не хотела слушаться, лишь сильнее стягивая конечности, отчего девушка пришла в еще большее бешенство.
– Скажи спасибо своей подружке, ведь это благодаря ей у меня на голове теперь подстриженный газон.
– Она мне не подружка, – спокойно ответил парень.
– Да что ты, почему же она тебе в рот заглядывает? Так и крутится вокруг тебя.
– Не замечал я такого…
– Ты вообще ничего вокруг себя не видишь.
Павел молча взглянул на свою напарницу. Вилена, как и обычно, было зла на весь мир, ведь из всех четверых, кто соревновался в тот день, пострадала именно она. Ведь именно она больше всех не хотела принимать в этом участия. А теперь была прикована к больничной койке, в то время как остальные наслаждались жизнью. И что раздражало еще больше – никто не приходил. Все эти мучительные дни сна никто из них даже не удосужился прийти посмотреть, не откинулась ли их подруга.
Паша взял Вилену за руку, девушка отстранилась.
– Да не дергайся, – резко сказал ей наставник, не ослабляя хватку.
Он окутал девушку мягкой энергией целителя, пытаясь нащупать слабые места. Он словно по карте мысленно обошел каждый уголок тела, проверяя каждую точку энергии, и наконец заключил, что все в порядке. Как ни странно, но после той драки Вилена стала лучше себя контролировать. Боль в груди практически не ощущалась.
– Ты серьезно? – не веря собственным ушам, переспросила Вилена.
– Да, очевидно, тебе было необходимо немного встряхнуться. Так бывает.
– Но предупреждаю сразу, я больше ни за что в жизни не буду участвовать в турнире! Мне хватило одной лысины на голове!
– Да, не стоило, пожалуй, идти на такой риск. Первогодкам вообще-то нельзя соревноваться с наставниками в турнирах…
– Что? – вскипела Вилена, бросив еще один разъяренный взгляд. – Почему тогда вы так меня уговаривали?
