Ее волосы немного отросли, что добавило ей еще больше привлекательности. Одетая в рваную майку и старые джинсы, она походила на подростка с улицы, который должен получать удовольствие от жизни, а не быть узником психопата.
— Я не хочу, прошу, не надо! — плакала Лили, смотря на монстра глазами, полными ужаса.
— Я пытаюсь вас спасти! Поверь! — сдерживал слезы Альфред, смотря на истерзанного ребенка. — Выходи, пожалуйста!
Взгляд Джейсона был иным, Лили видела это. Нет, он не был добрым, отзывчивым, внушающим доверие, но в том блеске будто впервые чувствовалось наличие души, хотя бы самую малость.
— Отойди, — прошептала она.
Альфред отошел от дверей комнаты, которая все эти годы была для Лили тюрьмой. Оттолкнувшись от стены, она, став на четвереньки, не отрывая глаз от нового странного Джейсона, выкарабкалась из зловещей ямы.
— Все сюда, — подозвал к себе освободившихся детей Альфред.
Опираясь о деревянную лестницу, ведущую из подвала, Лили встала на ноги. Она с опаской следила за каждым движением, мимикой и взглядом Джейсона.
— Сейчас он вернется, — тихо рассказывал детям свой план Альфред. — Я скажу ему, чтобы он принес вам нормальную одежду, вы в этот момент выберетесь из подвала и заберетесь в машину. Кто-то из вас умеет водить?
— Я немого, — тихо сказала Лили.
— Если я не вернусь в течение пяти минут, бегите в машину и просто езжайте по шоссе, полицейские или ФБР сами найдут вас, — после этих слов Альфред направился к лестнице.
— Джейсон, что ты делаешь? — остановил его стоящий сверху в дверях Говард.
Альфред испуганно оглянулся. Он бы мог кинуться на него, ему доводилось справляться и не с такими, но он был слаб. Жизненные силы вместе с трезвым рассудком практически покинули некогда крепкого молодого мужчину.
— Еще рас повторяю, зачем ты освободил их, Джейсон, и почему сказал все то, что я только что услышал? — кричал растерянный Говард.
— Меня зовут Альфред… Джейсон умер, — уверенно говорил молодой мужчина, веря в сказанное. — Кем бы он ни был, он был чудовищем. Если в тебе осталась хоть капля человеческого, уйди. Дай мне спасти этих детей.
Зубы Говарда сжались до скрежета, он почувствовал себя обманутым и преданным.
— Как скажешь, босс, — еле слышно прошептал он.
Сказав это, Говард исчез. Выглядел он при этом очень спокойным и неторопливым. Альфред смотрел на открытую дверь в ожидании какого-то подвоха. Подождав десять секунд, он, пересилив оцепенение и страх, стал аккуратно подниматься по лестнице.
— За мной. Держитесь вместе.
Выбравшись из подвала в коридор, Альфред оглянулся. Там было пусто.
— Давайте, выходите, — несмело сказал он, вслушиваясь в тишину.
В восьми метрах от него, выйдя из-за угла, показался Говард. Размерено прохаживаясь, шаркая тапочками, он подошел к входной двери, запер ее и вытащил из замка ключ. В руках у него был огромный кухонный тесак.
— Я все закрыл, Джейсон, — обратился он к старому другу, остановившись в прихожей. — Все двери и даже окна в гостиной и на кухне, — вдруг на его лице появилась больная улыбка, полная отчаяния и разочарования. — Джейсон! — сладко произнес он. — Как там тебя теперь зовут, Альфред? — подняв руку, указал он сверкающим тесаком на оппонента. — Что с тобой случилось? Кто тебя так изуродовал?!
— Прошу, отпусти нас, — предчувствуя неминуемую схватку, умолял Альфред.
Нервно глубоко дыша, Говард с горькой досадой кивал головой. Его рука сжалась на рукоятке тесака.
— Нет, суки! — брызжа слюной, заорал он. — Вы отсюда не выберетесь! Вы сдохнете здесь все!
Замахнувшись, Говард с криком ринулся на Альфреда, за спиной которого прятались дети.
Тот, увидев в руках тесак, заранее предполагал подобное развитие событий. Дернув за ручку, Альфред распахнул дверь, расположенную как раз напротив спуска в подвал.
— Внутрь! — крикнул он детям, практически закидывая их в небольшую комнату, служащую пристанищем для гостей в их редкие визиты в ад.
В последнее мгновение ворвавшись внутрь, Альфред, навалившись всем телом, запер дверь. С обратной стороны взбешенный Говард давил еще сильнее, мечтая разрубить на части наглых беглецов. Альфред почувствовал, как силы его покидают, в плече возникла сильная жгучая боль. Деревянная светло-коричневая дверь стала понемногу приоткрываться.
— Открой, Джейсон! — показалось в образовавшейся щели лицо монстра.
Слабая, изможденная и тонкая, как тростинка Лили, подбежала к Альфреду и прижалась плечом к двери. Видя смелую девочку, напуганные и содрогающаяся от страха дети, превозмогая испепеляющий ужас в их сердцах, устремились вслед за ней, помогая запереть двери.
— Уходи! Уходи! — кричала напуганная маленькая Эмми, слыша жуткое дыхание, напоминающее рык монстра.
Казавшееся всесильным, давление крупного тяжелого Говарда стало ослабевать. Крича, он отошел от двери. Изнывая от неспособности победить, мужчина несколько раз ударил тесаком по ней. Острое лезвие от таких ударов с легкостью лишило бы жизни любого человека, однако крепкое дубовое полотно пострадало от действий Говарда не очень сильно.
