— Вычту деньги за поездку из твоей зарплаты, так как она оказалась совершенно пустой и бесполезной.
Агент Коулмен понимала, что ее шеф ворчит не потому, что не удовлетворен итогами поездки, а потому, что не выспался.
— Справедливо, — кивнула она.
Бенджамин кивнул несколько раз головой вслед за заместителем и обратил свой взгляд в окно, на запутанную сеть взлетно-посадочных полос, которые были в ту секунду совершенно пустыми.
— Мне надо раскрыть это дело, Коулмен, — с нотками обреченности сказал он. — Буду с тобой откровенен. Дети детьми, преступность преступностью, а карьера карьерой. Если я не доведу его до конца, в Вашингтоне мне ничего не светит.
Рита привыкла к цинизму своего шефа, который везде и во всем был истинной его мотивацией, поэтому в ответ она всегда холодно улыбалась и понимающе кивала. Мистер Блейк и не догадывался, что его лояльная исполнительная сотрудница считает его конформистом и изворотливым угрем, который думает лишь о себе и карьерной лестнице. Рита молчала, ведь она и сама была такой до недавних пор, точнее до того момента, пока ее не поставили главной в деле о похищении. Всматриваясь каждый день в фотографии украденных детей, она все меньше оставалась безразличной и все больше мечтала отыскать их, виня себя за то, что расследование так долго тянется.
— Мы обязательно раскроем его, — спокойно сказала она.
Картинка на электронном табло вдруг сменилась, и на нем появилась новая строчка.
— Наконец-то, — тяжело встал со своего места Бенджамин. — Нам куда?
— Седьмой терминал, третьи ворота.
Рита вытащила из чемодана ручку и, наклонив его, направилась вместе с шефом к самолету. Пройдя всех улыбающихся людей, проверяющих документы и билеты, они оказались внутри него.
Первый класс был заполнен наполовину, однако рядом с тем местом, где должна была сидеть Рита, у окна уже кто-то сидел. Она направилась к незнакомцу, надеясь вежливо попросить, чтобы тот уступил ей место у иллюминатора. Подойдя, она опешила и обрадовалась, но не показала этого.
— Здравствуйте, Альфред.
Немного дернувшись, тот отвлекся от разглядывания взлетной полосы и обернулся.
— Здравствуйте, мисс Коулмен, — сдержанно улыбнулся он, протягивая по привычке руку.
— Вы все-таки решились.
— Да. Я думаю, мне бы пришлось очень пожалеть, если бы я не использовал такой шанс.
Немного растаяв, Рита по-женский мило улыбнулась и протянула руку в ответ.
— Добро пожаловать на борт.
Альфред кончиками пальцев прикоснулся к тонкой ладошке своей новой начальницы и, запоминая и анализируя ощущения, пожал ее.
— Спасибо.
— Ты сэкономила себе кучу денег, Коулмен, — улыбаясь, пробирался меж рядов мощный Бенджамин. — Добро пожаловать на борт.
— Да, то же самое мне только что сказала Рита.
— Отлично, вы подружитесь, — неуверенно сказал Бенджамин.
— Прошу, садитесь на свои места и пристегнитесь, — подошла к троице стюардесса. — Мы скоро взлетаем.
Первый класс остался полупустым. Рита осмотрелась и поняла, что может выбрать не одно место у иллюминатора, а несколько, и не надо никого ни о чем просить.
Положив сумку в отделение для хранения над головой, она села около Альфреда и пристегнулась.
Бенджамин похлопал по плечу новобранца, после чего, довольный, направился к своему месту.
Альфред бегло осмотрел соседку и, последовав ее примеру, тоже пристегнулся. Стюардесса задернула шторку, отделяющую первый от бизнес-класса, и тут же зашумели реактивные двигатели. Легкая вибрация волной прокатилась по всему самолету.
— Боитесь летать? — спросила Рита, увидев, что ее сосед заволновался.
— Не знаю, — растерянно ответил он.
Реактивные двигатели стали набирать обороты, создавая необходимую тягу. Огромный «Боинг», будто тяжелая туша, сдвинулся с места и взял курс к взлетно-посадочной полосе. Не торопясь, сделав несколько поворотов, он остановился и на мгновение замолчал.
Внезапно заревев, он сорвался, набирая с каждой секундой все больше скорости, и после нескольких сот метров серого бетонного полотна мягко оторвался от земли.
Глава 14
На ногах Хеллен Эскамиллы красовались резиновые сапоги темно-синего цвета. Стоя по щиколотку в холодной грязи, она не сильно беспокоилась о их чистоте. В то мгновение ее больше волновало, что, несмотря на то что она сделала все необходимое, чтобы не замерзнуть, — надела теплую куртку, термобелье под брюки и шерстяные носки, — ей все равно было холодно.
Солнце в середине марта практически не греет, делая окружающую обстановку еще более невыносимой. Тающие сугробы снега превращают любую поверхность, не покрытую асфальтом, в черную холодную кашу.
Стоя меж деревьев, недалеко от дороги, через которую парочка странных фермеров добирается до шоссе, ведущего в Хэмптон, она, засунув руки в карманы, пыталась расслышать среди весенних шумов звук приближающегося автомобиля.
Хеллен оставила служебную машину в городе, у полицейского участка. Спрятать ее около подозрительной фермы было негде. Случайный попутчик подбросил ее до нужного поворота и скрылся за горизонтом.
