– Ладно, это не важно, – сказала Розалинда. – Анна, понимаешь, план-то у нас есть, но нет ни одной подходящей кандидатуры. Может, ты нам посоветуешь какую-нибудь тётеньку? Желательно неприятную и незамужнюю.
– Только не очень ужасную, хорошо? – попросила Джейн. – Всё-таки жалко папу.
– Я попробую. Дайте подумать.
Пока Анна грызла солёные крендельки и думала, Бетти играла с её длинными русыми волосами, сооружая из них самые немыслимые причёски. Бетти обожала волосы Анны. И ещё она обожала Аннин острый носик и хитроватую улыбку. Она считала Анну красавицей – хотя, конечно, не такой красавицей, как Розалинда.
– Есть, – наконец объявила Анна. – Валария. Она работает вместе с моей мамой. У неё весь дом набит какими-то кристаллами для медитации. Говорить умеет только об одном – кто кем был в прошлой жизни. А с мужем она развелась, когда выяснилось, что пять жизней назад он был каннибалом.
– Нет! – быстро сказала Скай. – Нет, только не это.
– Скай права, – кивнула Розалинда. – Понимаешь, Анна, нам надо, чтобы свидание папе не понравилось, но мы же не хотим, чтобы кандидатка по-настоящему его мучила.
Джейн тоже считала, что лучше обойтись без мучений. Но вопрос о переселении душ казался ей довольно-таки занимательным. Она и сама иногда задумывалась: а кем она была в прошлой жизни? Вдруг знаменитым писателем или писательницей? Скажем, Шекспиром? Или Беатрис Поттер?[15]
– Анна, – спросила Джейн, – а сама эта Валария, она в прошлой жизни была кто?
– Значит, так. – Анна принялась перечислять: – Анна Болейн, Мария Кюри, Мария Магдалина, Мария Стюарт – это которая королева Шотландии, Мария Линкольн – короче, целая куча всяких Марий…
Скай зажала уши руками.
– Хватит!
Анна забросила себе в рот ещё один солёный кренделёк и стала думать дальше.
– А если попробовать моего тренера по конькам? – спросила она пару минут спустя. – Вообще-то она Лора Джонс, но называет себя Лорен Джоницетти. Чтобы родители думали, что она из Европы, и платили бы ей больше.
– Папа терпеть не может нечестных людей, – сказала Скай. Хотя исковеркать свою фамилию, подумала она, всё же не так ужасно, как мучить людей переселением душ.
– А как она выглядит? – озабоченно спросила Розалинда. – Красивая?
Анна пожала плечами.
– Если кому нравятся тощие, то ничего. Да, ещё она никогда не читает. Говорит, что чтение забирает у неё психическую энергию и на коньки мало остаётся.
– Не читает?! – Джейн попыталась представить себе жизнь без чтения, но не смогла.
– А собак она любит? – спросила Бетти.
– Насчёт собак не знаю, – сказала Анна. – Зато шуба у неё из кролика.
Бетти так побледнела, что Розалинда с Анной тут же ухватили её за лодыжки и немного подержали вверх ногами, чтобы кровь прилила обратно к голове.
– Всё понятно с этой Лорой-Лорен, – сказала Розалинда, когда Бетти пришла в себя. – Нам она не нравится, значит и папе не понравится. Но как устроить, чтобы они с папой договорились о свидании?
– Ладно, что-нибудь придумаем. – Анна сияла, роль заговорщицы явно пришлась ей по вкусу. – У меня с ней занятие сегодня вечером. А нельзя попросить мистера Пена, чтобы он потом заехал за мной на каток?
– Наверно, можно… Ты позвони мне в конце урока, а я скажу папе, что твоя мама сегодня задерживается на работе и тебя некому забрать.
Из прихожей донёсся звук открываемой двери.
– Всем вести себя как всегда! – страшным шёпотом приказала Розалинда.
Когда мистер Пендервик вошёл в кухню, все жевали солёные крендельки и мучительно пытались вспомнить, как же они ведут себя всегда. Со стороны, как и следовало ожидать, это смотрелось подозрительно.
– Привет, дочери мои. – Приподняв Бетти со стула, мистер Пендервик чмокнул её в затылок. – Привет, Анна.
– Здрасьте, мистер Пен. Чудный сегодня денёк, правда?
Мистер Пендервик кинул взгляд на низкие унылые облака за окном.
– М-м-м… Анна, ты, наверно, что-то другое хотела сказать?
– Ничего я не хотела! То есть
– Розалинда!
– Да, папа?
– Ты потом объясни Анне, что меня трудно провести.
– Хорошо, папа.
Прихватив ещё горсть крендельков, Анна заторопилась.
– Ну, я пошла. Мне ещё уроки делать, а потом на каток. Всего хорошего!
Проводив её глазами, мистер Пендервик покачал головой.
– Просто ангел. Одна беда, никогда не поймёшь, что у этого ангела на уме! Ну ладно, рассказывайте: как прошёл день? Я буду готовить ужин, а вы давайте всё по порядку. Что в школе? Что в садике?
После ужина Розалинда объявила, что все могут идти заниматься своими делами: сегодня она вымоет посуду сама. Честно говоря, она просто хотела, чтобы во время Анниного звонка никто не путался под ногами – врать всё-таки легче без свидетелей. Бетти и Пёс радостно удалились в гостиную кататься, точнее толкаться и выяснять, кто крепче сидит в красной тележке. Скай и Джейн пошли к себе в комнату, хоть и не так радостно – то есть хорошо, конечно, что не нужно мыть посуду, но придётся раньше приниматься за уроки, – и уселись каждая за свой стол.
