— Только там мы могли спрятать тебя и демона, пока Габриэль будет его допрашивать.
— Фигня какая-то… — пробормотала я, отходя подальше от Санги-машины времени.
— Ну, теперь ты снова у себя дома, а я отправляюсь к Габриэлю. Но сегодня я вернусь, и прослежу, чтобы тебя не обнаружили приспешники Азазеля.
И он вновь открыл дверь, которая должна была вести в спальню, и исчез за ней. Я очнулась через тридцать секунд и, подбежав, рванула дверь на себя и растянулась, зацепившись за отвёрнутый ковёр в спальне. Будапешта не было за дверью. Перевернувшись на спину, я уставилась в потолок. Во что еще я вляпалась с этими сверхъестественными тварями? Что ждёт меня дальше? На счёт жертвы и демона я теперь была спокойна, Азазель не вырвется из цепких рук Архангела, а Дьяволу я не нужна сама по себе, у него есть его Лилит. В дверь постучали, и я резко села. Кого еще принесло? Поднявшись на ноги, я поморщилась от боли в коленке, видимо, сильно ушиблась. И так, хромая, я отправилась открывать двери.
— Мирра Шейн? — от этого незнакомого красавчика у меня дух захватило, поэтому, словно умалишенная, я кивнула, не сводя глаз с него.
Азазель ещё никогда не был так рад появлению Сатаны. Когда особняк задрожал, демону не составило труда догадаться, чьих это рук дело. Этот урод с белыми глазами свалил куда-то, когда появился Люцифер.
— Прискорбно, весьма прискорбно, — поцокал языком и покачал головой дьявол. — Ты неважно выглядишь…
Азазель только взглянул на него. Разговаривать демон до сих пор не мог из-за «Иса». Люцифер подошел вплотную и, взяв мужчину за подбородок, заставил посмотреть в глаза.
— Вот видишь, дружище, к чему приводит неумение правильно строить планы. Думал, ты самый умный? А Мирра тебя переиграла, — хохотнул Сатана. — Знаешь, может, мне её тоже соблазнить? Мне бы пригодилась такая расчётливая красотка, к тому же Лилит меня в последнее время не слушает и напрягает. Мне нужна новая послушная девочка, — он рассмеялся, когда Азазель дернулся на цепях. — Белиал сказал, что девчонка горячая…
Азазель чувствовал, как кровь закипает в венах. Неужели всё с ним повторится опять? Женщина, которую он так долго искал, тоже отдаст себя Дьяволу? Неужели он так и не сможет вырваться из-под тирании Люцифера и навсегда останется просто колдуном? Нет. Не бывать этому. Он лучше своими руками убьёт девчонку, чем позволит ей лечь под Сатану!
— О. Какой свирепый взгляд, да и мыслишки твои крамольные меня не пугают! У меня уже есть наследник в отличие от тебя, мне не нужна девчонка для рождения нового сына, но я не прочь развлечься с ней.
И откуда только взялись силы вырвать с корнем цепи из потолка? Но он это сделал. Азазель накинулся на Люцифера, сбивая того с ног, и намотал одну из цепей на шею противника. Но долго ему не позволили быть победителем, всего несколько слов на инахианском — и демона вновь скрутил паралич. А потом Люцифер поднялся и, обмотав всё тело Азазеля цепями, перенёс их туда, откуда демон так стремился сбежать. Но даже не ад был самым ужасным, а то, куда после попал демон. Это была темница самого Сатаны. Отсюда ещё никому не удавалось сбежать, и вот теперь уже и Азазель оказался здесь. Вонь гниющей плоти, кровавые подтёки на стенах и витающий в воздухе ужас, всё это сковывало волю, лишая желания бороться, наполняя всё существо отчаянием. Все демоны боялись этого места, и надо же было именно ему оказаться здесь. Именно когда до заветной цели осталось всего несколько месяцев.
«Ну и сука же ты, Мирра!!!»
— Ах, Азазель, зачем же так гневаться на бедную девушку? Она просто защищала себя, — пока Дьявол всё это говорил, его помощники приковали Азазеля к стене в самом тёмном углу этой тюрьмы и только затем сняли с него артефакт.
— Я выберусь отсюда, Нечестивый, и тогда убью её, а потом и тебя, — прошипел демон и тут же взвыл от боли, скрутившей тело.
— Не думаю, что у тебя останутся силы для этого, после пары столетий здесь ты превратишься в раболепного слугу, Азазель.
— Я скорее сдохну, чем преклонюсь перед тобой, — сквозь стон рычал Азазель.
— Кто тебе позволит так быстро сбежать от наказания за попытку устроить переворот? Ты будешь корчиться и страдать, пока не превратишься в пустую оболочку, без жизни и страсти.
И Дьявол, в последний раз взглянув на Азазеля, вышел из темницы, и сразу же вслед за этим демон закричал от ужасной боли. Его тело словно разрывали заживо на сотню мелких кусочков, жгли огнём, разъедали кислотой, потом исцеляли, и всё повторялось заново. Демон потерял счёт пыткам и времени, каждый раз на последнем издыхании он молил о смерти, но так и не получал желаемого освобождения.
— Мой бедный мальчик, — женские руки гладили его по волосам, снимая жгучую боль. — Любимый мой, зачем же тебе понадобилось добиваться всего этого? Почему же ты не успокоился на том, что имел?
