— А хрен его знает! Следите по сторонам! — Иваныч не мог объяснить, по сути, первому встречному о своём «даре» видеть насквозь. Но я-то его понял прекрасно. Видимо, внутри призывающей к помощи что-то было не так. Потому спросил тихо:
— Что там?
— Органы не те. И крови не вижу. Жизненных сил нет. Будто мёртвая.
— Вампирша? — охнул юный пристав.
— Нет, — голос Скокова был сух и безжизнен.
И тут девушка встала на ноги, потянулась и сказала:
— Что же вы за мужчины такие, что даме помочь не хотите? Совсем плохие мужчины! За это вас надо наказать!
— Я вам не советую, мадам, идти в нашу сторону, — процедил бывший следователь. И тут я слева увидел какое-то быстрое движение между деревьев. Честно сказать, нервы у меня были настолько натянуты, что палец на спусковом крючке дрогнул и грохнул выстрел. Я даже не понять не успел, кто там мелькнул, но, на удивление, заряд картечи попал в это нечто. Я увидел упавшего навзничь голого мужика с пробитой зарядом грудью. Однако, к моему ужасу, казалось бы, смертельно раненый мужик тут же вскочил на ноги и из его пасти, потому как ртом назвать эту дыру в голове язык не поворачивался, выдвинулись клыки размером с хороший кухонный нож. Я в испуге выстрелил второй раз, переломил ружьё, вытащил гильзы и быстро зарядил оба ствола. После второго выстрела голого опять откинуло, но он вновь встал на ноги. И ничего не изменилось, кроме того, что дырки от картечи теперь были не только в груди, но и в животе.
В этот миг заработала винтовка Иваныча, который стал палить в девушку, побежавшую к нам. Времени смотреть туда у меня не было, я быстро вскинул ружьё и вновь выстрелил в неубиваемого мужика. И вновь того откинуло. Егор, видевший это всё, заорал:
— В голову стреляй! И стал палить из револьвера в поднимающегося монстра. То ли от неопытности, то ли от спешки — но он не попал ни разу, расстреляв весь барабан. А справа на него прыгнул ещё одно такое же чудовище. И тут моя Тварь взвизгнула и прыгнула на зубастого монстра в человечьем обличие. И, как всегда, преобразилась в прыжке, и с напавшим на Егора монстром столкнулась в воздухе огромная дмамеда, ухватившая похожее на человеческое тело пастью и рванувшая его в сторону. Укус Твари был страшен — она просто отгрызла нападающему руку и тут же проглотила. Я развернулся к своему неубиваемому, и увидел, что тот, наклонившись вперёд, продолжает идти к нам. Медленно, шатаясь и трясясь, но продолжает идти! Я поднял ружьё и выстрелил, целясь теперь в голову. До монстра оставалось всего-то шагов пять-семь, и я увидел, как попал. И как разлетелась черепушка от картечи. Монстр кувыркнулся и больше вставать не пытался. Мало того, даже шевелиться перестал. Я вновь переломил ружьё, зарядил его и понял, что Иваныч перестал палить. Глянул на полянку и увидел лежащее мёртвое тело девушки. Перевёл взгляд направо, увидел сидящего на заднице Егорку, держащего в руке разряженный револьвер и Тварь, разорвавшую третьего монстра и уже вернувшуюся к своему нормальному виду. Хотя, если по-честному, я уже затрудняюсь сказать, какой вид Твари нормальный, а какой — лишь маскировка для окружающих.
— Чт-то это б-было? — проговорил юный полицейский.
— Скорее всего те твари, которые убили твоего отца, — раздался вдруг из леса знакомый голос. Я от испуга повернулся на звук и выстрелил. К счастью, в этот раз не попал!
Между деревьев присел Дырн Арух Грызл и смотрел на меня глазами, похожими на чайные блюдца:
— Семён! Это же я! Не убивай! — завопил гмур, и я в смущении опустил ружьё:
— Прости, Дырн, это я от испуга! — покаялся я, аккуратно переломил стволы, вытащил стреляную гильзу, на место её всунул новый патрон. И только сейчас понял, как жизнь на диких территориях быстро учит. Скажи мне ещё неделю назад, что я так ловко буду управляться с дробовиком, да ещё и заряжать его на полном автоматизме, я бы только пальцем у виска покрутил. А тут, смотри ты…
Дырн поднялся с земли и пробурчал:
— От страха в штаны делают, а не в друзей палят!
— Я же извинился! — возмутился я, — Чего же ругаться? Сказал же, что нечаянно!
— Действительно Дырн, — насмешливо произнёс голос Ирины, я повернулся как ужаленный, и увидел девушку, прячущуюся за дерево. И уже оттуда она закричала: — Семён, это я! Опусти ружьё! Давай вначале поговорим!
Теперь уже захохотал Дырн, а Иваныч проговорил, обращаясь к дереву, за которым пряталась Ирина:
— Сударыня, у Семёна ружьё на предохранителе, выходите спокойно!
И, по-моему, в голосе Скокова были неприкрытые сарказм и насмешка. Я посмотрел сердито на своего теперь уже полноценного партнёра и проговорил:
— Ира, ну случайно я нажал!
Девушка вышла из-за дерева и подмигнула Иванычу:
— Я про это «случайно» уже не первый раз слышу. И всё-то случайно. И шаман, и Эдди…
— И врарь, говорит, тоже случайно, — пискнул Егорка.
— Он ещё случайно двух бокрей застрелил, пока мы сюда шли, — вставил свои пять копеек Иваныч. И Дырн тут же добавил:
— А в Леске, я слышал, троих офицеров перестрелял на дуэли, вступившись за своего попутчика. Тоже, поди, случайно?