Бой вступил в завершающую стадию и разгорался с новой силой. Противники отдавали последние силы, здраво рассудив, что за Серыми Стенами они им не понадобятся. Неподалёку от кострища, на котором тавроги сжигали пленных, неожиданно оказавшийся здесь Крогс бился с каким-то воином — но человеком! Те из команды уничтоженного смертоносца, кто ещё не погиб, вели отчаянную схватку с таврогами, пытаясь отвлечь на себя их внимание и пробиться к Торкелу. Как оказалось Крогс, заметив удачный прорыв Торкела и взяв командование на себя, вывел конницу в поле, чтобы сковать действия атакующих, а сам с наспех сколоченной группой пошел на поддержку прорыва.
Торкелу тем временем приходилось не сладко. Вождь оказался далеко не слабым противником — даже свой вес он умудрялся превращать в силу. Рыцарю казалось теперь, что он сражается с огромной ветряной мельницей. Торкел уворачивался от ударов огромной дубиной — парировать их было опасно — и сам наносил ответные, пока безуспешные и это длилось уже довольно много времени. Наконец, Келерисс начал проявлять признаки усталости.
Улучив момент, Торкел сделал ложный выпад, присел под просвистевшей палицей, и ткнул мечом в раскрывшуюся подмышечную область.
Таврог застыл с воздетой над головой дубиной, и Торкел, глядя ему в глаза, погрузил меч в его тело — и в тот же миг со стороны раздался вскрик.
Рыцарь мгновенно обернулся, потеряв интерес к вождю таврогов.
Что-то знакомое почудилось ему в воине, поразившем Граббера в бедро. Граббер неуклюже взмахнул руками и, споткнувшись, упал на спину.
— Аин!?
Наёмница, которую он уже давно не видел, но никогда не забывал с момента первой встречи в таверне, вздрогнула и обернулась.
На лице её промелькнула растерянность, но её быстро сменила решимость, и девушка, покрепче сжав ноэры, повернулась к новому противнику.
— Что ж, вот и снова встретились, Чёрный Рыцарь?!
Она выставила левую руку вперед, поднимая правый ноэр, и Торкел, зная уже, что сейчас последует веером закрученная атака, ушел вправо, заставляя Демона менять стойку, а значит терять время и инициативу.
Лицо Торкела горестно исказилось, и он вступил в схватку с той, с кем меньше всего желал.
А тем временем массивное тело Келерисса, какое-то время стоявшее чисто по инерции, обмякло, и рухнуло наземь. Над полем битвы пронесся горестный вопль, и таврогами сразу же овладела паника. Узнав о смерти своего вождя, они утратили боевой дух, смешались и побежали. Теперь имперцам не стоило особого труда разбить врага и обратить остатки его огромного воинства в беспорядочное, хаотичное бегство.
Битва заканчивалась — но как минимум для двоих из участников она продолжалась.
— Рада тебя видеть… Торкел, — язвительно поприветствовала Аин, нанося сразу два удара с разных сторон.
— Я тоже, — парировал рыцарь. — Все-таки запомнила мое имя?!! Не ожидал увидеть тебя здесь.
— В жизни много неожиданностей, не так ли? — рассмеялась наёмница, вновь пытаясь нанести удар, но, нарвавшись на контратаку, и вовремя уйдя в оборону.
— Да уж, — нахмурился Торкел.
Бой затягивал их, и разговор затухал, уступая место спору оружия.
Торкел поначалу считал, что справится без особого труда, но жестоко ошибся. Аин оказалась на редкость хорошей воительницей, и бой обещал затянуться. Люди уже теснили таврогов и добрались почти до самого тела мёртвого их вождя, а Торкел всё ещё не смог одержать верх.
— Кто тебя обучал? — процедил он.
— Лучшие, — последовал ответ, и Аин нанесла удар. Противник не успел его полностью парировать — и получил лёгкую царапину, уже третью по счету. Он терялся в догадках — кто, кто же смог так обучить Аин, что она смогла несколько раз прорваться сквозь его защиту.
Но всё же победить ей не удалось. Несмотря на великолепную технику, она допустила ошибку — всего лишь одну, но и этого оказалось достаточно — меч Торкела оказался приставлен к её горлу.
Аин смотрела в глаза победителю, ожидая конца.
— Что ты медлишь? — процедила она, — наслаждаешься триумфом? Давай, убей меня!
Торкел молча посмотрел ей в глаза.
— Ну, что ты молчишь?
— Твоя мать очень по тебе соскучилась, — разлепил губы Торкел. — Да и Луола часто тебя вспоминает.
Наёмница побледнела, в её лице промелькнуло что-то совершенно несвойственное жестокому бойцу, сражающемуся за того, кто больше заплатит, и она на миг превратилась в совершенно другого человека.
— Т-ты их… видел? — голос предательски дрогнул, — Где?
— Они были здесь. Совсем недавно. И просили передать, что дома тебя простили и ждут. Нет, не бойся, они уехали прежде, чем твои эти… твари… напали. Я отправил их в Айфриг.
Аин ещё больше побледнела.
— Я уверен, что пожалею об этом, но… Уходи Аин — Виола… — помолчав, произнес Торкел, вглядываясь в ее глаза.
Она лишь коротко кивнула и отступила, не сводя глаз с воина.
— Моих людей, если они мертвы, оставишь на этом холме — я сама позабочусь о них! — выкрикнула она напоследок, но голос ее был отнюдь не грозен и горделив, как ей того хотелось.
