Выступив туда, куда он непременно направится, самому направиться туда, где он не ожидает. Тот, кто проходит тысячу миль и при этом не утомляется, проходит местами, где нет людей.
Неизвестно, как готовились к походу остальные маги — в общежитии царила тишина, прерываемая лишь скрипением стульев и шуршанием перелистываемых книг. Айслин же выспался и оставшееся время пролежал на ложе, глядя в потолок. До рукописи некроманта руки не дошли, и она так и осталась лежать на столе, раскрытая где-то посередине.
Точно в установленное время новобранец и ещё двадцать девять членов гильдии прибыли к конюшням. Айслин выбрал себе серого в яблоках жеребца-двухлетку, спокойного, в отличие от большинства остальных, злобно косящихся и фыркающих при приближении незнакомого человека.
Можно было бы даже сказать, что это жеребец выбрал его, потому что когда Айслин, никогда не считавший себя завзятым лошадником, проходил мимо стойла Совка (так звали коня), тот вдруг потянулся к магу, шевеля мягкими губами и вздрагивая ноздрями. Айслин погладил его в ответ и прильнул к серой щеке; знакомство состоялось. Они выбрали друг друга, и теперь у молодого человека появилось ощущение того, о чём очень хорошо высказались сахалары: «Если тебя выбрал сам конь, то он пойдёт с тобой хоть в огонь, хоть в воду».
Может быть, маги что-то и смыслили в наведении порчи на врагов, метании огненных шаров и ослеплении врагов молниями, но солдатами они были прямо-таки сказать, посредственными. В отличие от остальных отрядов, стройными колоннами выступивших в положенное время, в блистающей броне и с боевыми маршами, отряд магов представлял собою зрелище бестолковое своей расхлябанностью и несобранностью.
Особо поражали, так сказать, вояки, грузившие в поклажу связки книг, хрустальные шары и прочую колдовскую утварь.
Наконец нестройная толпа магов, кое-как усевшаяся на скакунов и взявшая наперевес вместо копей свои посохи и жезлы, тронулась с места, и горожане, стёкшиеся к воротам, чтобы понаблюдать за отъездом воинства, встретили их едва сдерживаемым смехом.
Видимо, почувствовав несоответствие своего вида с поставленной задачей, маги подтянулись, а один из них, дабы придать торжественность сему прощанию, привстал в стременах и громогласно рыкнул толпе:
— Прощайте, добрые люди!..
Он собирался сказать ещё что-то, но не вовремя вскинутый посох был воспринят приученным к битвам животным как сигнал к атаке, и он, резко заржав и бросившись вперёд, вынес растерявшегося мага, едва державшегося в седле, за ворота столицы. Оказавшийся на пути лоток торговца фруктами был опрокинут, толпа с визгом бросилась врассыпную, так как скакуны остальных магов бросились за первым, и церемония прощания была скомкана. В результате самым ярким событием в отъезде войска стало именно выступление магов, о котором рассказывали ещё долгое время.
Отряд же волшебников, так и не сумевший справиться с конями, с лихвой компенсировал время, потерянное при сборах, и не только догнал, но и перегнал отряды орков и ксаторцев, выступивших задолго до них.
Пехота и конница Империи с ужасом и удивлением наблюдали, как мимо них в полной тишине пронёсся, размахивая посохом, грозный маг с белым, как у Морки — Смерти ликом, а за ним с искажённым от ярости лицом промчался Археос, ругавшийся так, что даже орки начинали краснеть.
В общем же этот наступательный порыв магов и их дикая скачка подействовали как нельзя лучше на боевой пыл всех остальных.
«Да — а, — говорили друг другу воины, — совсем озверели маги. Ну и достанется же Белому Ордену! Если уж эти тихони так рвутся, то мы-то чего ждём?!»
И прибавляли шаг.
Никто, правда, не увидел, как далеко впереди Археос догнал — таки и остановил рвущегося в бой жеребца. За ним утихомирились и остальные скакуны и маги, наконец, смогли спешиться.
Половина магов во главе с виновником безобразия рассыпалась тут же по предлесью и отчаянно блевала, выбрасывая из себя и вчерашний ужин, и сегодняшние завтрак и обед, после чего отряд продолжил свой путь, придерживая скакунов во избежание всяких там непредвиденных обстоятельств.
И только когда осталась позади последнее селение Кайса, Археос, наконец, рассказал своим людям обо всём.
— Нам предстоит очень сложное и ответственное дело, — заговорил он, когда вечером весь отряд собрался вокруг костра. — Я долго молчал, так как имел веские причины на это. Но теперь, думаю, уже можно раскрыть тайну. Император задумал великий поход против самого Джа!
Маги разом загалдели.
Еще бы!
