— Дерьмо. — С удивительным спокойствием заметил здоровяк и неожиданно отпустив весла уронив руки на колени принялся разглядывать въевшиеся под ногти полукружья черной грязи. — Гать. Проплыли. Не. Полезет. Постоим. Не. Учует. Мимо. Пройдет. Я. Лодку. Огневикой. Намазал.
— Как такие чудища могут вообще существовать?! — Неуютно передернув плечами проронила травница и снова зябко поежилась. — Отвратительное место.
— Не такое уж и отвратительное. — Пожала плечами горянка и шмыгнув носом подняв повыше факел уставилась в воду. — Просто урочище рядом.
— Наследие звездных пустошей. — Пожал плечами Абеляр. — Горнило породило не только смешанных. Многие животные тоже… изменились.
— Как же мне это надоело. Монстры. Чудища. Пустошь. Холод. — Поморщилась травница и одернув рукав новомодного, подаренного ей королем болот костюмчика для верховой езды зябко обхватила себя руками. — Я устала.
Август невольно хмыкнул. Привыкшая к длинным платьям травница явно чувствовала себя неуютно не только от окружающей обстановки. Обтягивающие суконные штаны, узкая курточка, с шнуровками на груди и плечах, почти мужская сорочка явно заставляли ее нервничать. С трудом оторвав взгляд от приятных глазу линий и округлостей Август повернулся к неодобрительно смотрящей на него великанше.
Она что, ревнует?
— А что такое вообще святилище Оленя? — Спросил он, и огладив ложе арбалета сделал вид что всматривается в туман.
— Просто развалины. — Немного подумав пожала плечами горянка. — Остров. Немного заросших мхом камней, алтарь, несколько сохранившихся стен. Я слышала истории, что настоящее святилище внизу — глубоко под землей. Что там хранятся несметные сокровища. Но вход запечатан и никому не удалось еще его открыть. Раньше, говорят, в тех местах жили люди. Но потом урочище расползлось. Порча. Сначала скотина стала болеть, потом люди. Поом чудища полезли. Потому оттуда ушли. Плохое место.
— О-о-о… — Глаза Эддарда загорелись от возбуждения. — Наверняка многие пытались открыть святилище.
— Не знаю. — Пожала плечами дикарка. — Как по мне, стоит держаться подальше от старых капищ.
— Шама. Пытался. Не. Вышло. — Проворчал продолжающий меланхолично рассматривать руки человек-бык. — Идет. Прямо. Под. Нами.
— Дерьмо. — Нахмурилась Сив, пристроив факел в держателе на носу лодки подхватила со скамьи свою секиру. — У него ведь за клювом самая мякоть да?
Лодка чуть заметно качнулась, ковер тины пошел волнами.
-
— Не. Шевелись. — Меланхолично проворчал все так же внимательно изучающий ссадины на руках проводник. — Лодку. Качаешь.
— Август невольно сглотнул и сжав арбалет так, что казалось, что ложе вот-вот треснет опасливо перегнувшись через борт уставился в черную воду. На мгновенье ему показалось, будто в глубине мелькнула огромная, изломанная тень. Чернота на фоне еще большей черноты. Но это было всего лишь мгновение.
— Шама. Много. Раз. Посылал. Людей. С. Долотами. Кирками. Молотами. — Неожиданно прогудел проводник его голос разбил сгустившуюся тяжелую тишину и Август понял, что на несколько мгновений перестал дышать. — Пробовал. Жечь. Южанский. Взрывной. Порошок. — Подхватив весла здоровяк начал медленно осторожными гребками разворачивать лодку. — Вернулись. Три. Раза. Ни с чем. Четвертый. Не. Вернулись. Я туда. Ходил. Тоже. Там. Страшно. Пусто. Но. Страшно. Камни. Живые.
— Слушай. — Повернувшись к Калиске великанша склонила голову на бок. — Ты мне кажешься умным мужиком… А твой знак… — Коснувшись кончиком пальца скулы горянка нахмурилась. Не помню какой это клан. Но ты, вроде как, не из земель, что Шама под себя подмял. Почему ты на него работаешь?
На изрубленном, изорванном, измятом лице болотного жителя не дрогнул ни один мускул. Взгляд оставался таким же сонным и расслабленным.
— Ищу тропы. Нахожу грибы. Он платит. Хорошо. — Пророкотал он и медленно загребая воду направил лодку в туман.
— Работаешь за деньги. — Понимающе кивнула Сив. — Уважаю.
Лодка с тихим стуком ударилась о берег.
— Я. Подожду. — Хмуро бросил устроившийся на баке Калиска и взял в руки весла, явно готовясь отплыть как только путешественники сойдут на берег.
— Мы можем пробыть здесь довольно долго. — Прищурилась великанша и склонив голову на бок с подозрением посмотрела на проводника. — Я тебя точно не встречала?
— Нет. Не. Встречала. Я. Подожду. — Бесцветным голосом ответил здоровяк и оттолкнувшись веслом от берега отвернулся.
— Дерьмо. — Поморщился Август и покрутив шеей поправил врезавшийся в плечо ремень арбалета.
Святилище Отца оленя походило на волдырь. Или на брюхо всплывшей в грязи снулой рыбины. Торчащий из ковра тины и ряски каменистый, сочащийся влагой холм, слишком правильной круглой формы, чтобы быть естественным образованием, был покрыт концентрическими кругами разновеликих каменных плит. Некоторые, самые маленькие, торчащие из земли обтесанные временем, сыростью и непогодой, едва достигали колена. Другие были в несколько человеческих ростов.