Август почувствовал боль. Это не была боль от пореза или ушиба. Просто, что-то в груди до предела натянулось и вдруг лопнуло с хрустальным звоном. Острые осколки резанули сердце заставив его сжаться окровавленной, раздавленной непосильной ношей массой. Он ожидал чего угодно, но не этого. Может быть гнева. Крика. Топанья ногами, даже того, что она его ударит, размозжит ему голову своим топором или свернет шею. Но не этого. Он не был готов к такой боли. Разлившаяся по груди слабость мягко толкнула в затылок, в висок впился раскаленный до бела гвоздь. Ну почему? Почему все именно так? Неужели она тоже…
— Сив, я не это имел…
— Сейчас вы поедите. Потом мы все немного отдохнем. Наберемся сил. — Перебила его великанша. Слова дикарки падали на пол тяжело, словно промороженный валуны. — А потом я пойду наверх. Их много. Слишком много, даже если я обернусь. Но я сделаю все что смогу. Постараюсь увести их от вас. Когда поймете, что сможете прорваться, вы пойдете к выходу. Так быстро и тихо, как только возможно. Если сделаете все правильно, сможете выбраться. Расскажете все Шаме. Он пришлет людей. Если я буду еще жива, они меня вытащат.
— Сив, не надо, это… это самоубийство! Дай нам время! Мы что нибудь придумаем. — Вскочив Август перевел взгляд на сидящих в отдалении Майю и Эддарда. — Мы обязательно придумаем что-то другое, так?
Эддард не ответил. Майя покраснев до корней волос отвернулась и нервно отдернула еще утром сияющий новизной, а теперь изорванный и покрытый грязью и пылью рукав куртки. Тяжелая, давящая тишина навалилась на плечи юноши и он почувствовал себя так будто несет на хребте наковальню. — Тогда я сам. Встряхнув арбалетом цу Вернстром положил ладонь на рукоять скьявоны. Я сам выйду. А ты выведешь остальных.
— Тебя разорвут быстрей чем мое сердце ударит дважды. — Покачав головой, великанша вновь огладила секиру и с улыбкой взглянула ему в глаза. — Ты слаб, южанин. Ты мягкий как кусок поставленного на печь масла. Слишком слаб, чтобы выхлебать столько дерьма разом.
— Пошатнувшись словно от удара, цу Вернстром до крови закусил губу. — Это непра…
Неожиданно раздался тонкий шипящий звук и стена за спиной великанши дрогнула, изогнулась и провалилась сама в себя. Из открывшегося портала ударил поток режущего глаза света. Юноша прищурился и прикрыв глаз левой ладонью попытался вскинуть арбалет. В открывшемся коридоре кто-то был. Длинная какая-то слишком угловатая и жесткая тень, достигающая макушкой до потолка свесив тонкие, будто палочки руки неподвижно стояла посреди коридора.
— Не стоит этого делать. Я не причиню вам вреда. — Юноша вздрогнул. Кто бы ни стоял перед ними, он не был… живым. Такого голоса не может быть у живого существа. Гулкий. Ровный. Очень четкий. Полный железных отзвуков и обертонов. Больше всего это походило, будто кто-то из баловства говорил через медную трубу. Он уже слышал подобный голос. Однажды. Так говорила сделанная мастером-механиком по заказу Графа Орлосо заводная кукла. Правда кукла могла говорить только несколько слов… Снова раздался шипящий звук и незнакомец лязгая при каждом движении вошел в комнату.
— Железный воин… — Неверяще произнесла невесть когда оказавшаяся на ногах великанша и медленно опустив уже занесенную для удара секиру склонилась перед вошедшим в глубоком поклоне.
Железный воин. Август сглотнул и опустил арбалет. Это название подходило стоящему перед ними существу как ничто другое. В книгах о северных пустошах, что читал Август железных воителей — слуг звездных странников обычно изображали как закованных в сплошные латы могучих рыцарей с пламенными мечами. Стоящий перед ними незнакомец не походил на рыцаря. Больше он напоминал кое-где прикрытый странными, угловатыми пластинами брони, оплетенный стальными лозами железный же скелет. Отливающие металлом обнаженные кости и блестящие словно зеркало шарниры щелкали и поскрипывали при каждом движении оплетающие их разноцветные побеги странной лозы, некоторые толщиной в пару пальцев иные не толще волоса, казалось двигались и пульсировали, дышали в странном неестественном ритме. Закрывающая лицо стальная маска светилась десятком мелких отверстий на дне которых поблескивали зеленоватые и голубые огоньки. Существо было высоким. Таким же высоким как великанша, но несмотря на весь этот метал, казалось легким и гибким словно проволочный кнут.
— Анимант. — Глаза историка казалось вот-вот выскочат из орбит. Поспешно встав на ноги, ученый вложил клинок в трость и вытянул вперед трясущиеся руки в отвращающем жесте. — Древний анимант… Э-э-э… Мы не несем угрозы. Повторяю, мы не несем угрозы. Дире… Директива… — Эддард судорожно облизнул губы. — Э-э-э… Сто пятьдесят два?