Поразмыслив над этим некоторое время, цу Вернстром покачал головой. Нет. Его противники хитры и коварны, но не настолько. Он умнее. Намного умнее… Но этот «ученый»… О нет, его так просто не обманешь, Август видел, что скрывается за его сочувствующим взглядом. За сдержанными жестами, за ложным интересом, за его писульками и каракулями. Брезгливость и жалость. Да как он смел, так на него смотреть! И его замечание насчет несправедливости жизни. Неслыханное оскорбление. Абеляры… Мелкий, ничего не знающий род вчерашних купчишек, вся заслуга которого, что, когда один из князей, выходил из спальни жены, застегивая штаны, муж пожелал его милости приятного вечера. Голодранцы, возомнившие себя благородными. Дерьмо. Драное «новое поколение» дворянства. Те, кто настолько беден, что не брезгует искупаться и в выгребной яме в поисках лишнего медяка. Ученый. Три раза ха. Этот хлыщ наверняка просто присосался к цеховым деньгам Академии, как свинья к коровьему вымени. Тратит Императорские налоги на ничего не значащие бесполезные писульки и «экспедиции». Марает пергамент, просиживает штаны в уютном кабинете, и дурит мозги честным людям, потому как ни на что другое не способен. Да как он смел над ним издеваться! А как на него смотрела проклятая дикарка? Как голодная собака на кость. Подумаешь, нарисовал ее голую задницу! Она не имеет право так смотреть! Не имеет! Это не он убил демона, это не он не единожды прикрывал ее спину в бою, не он оберегал ее мудрым словом, при этом терпеливо выслушивая все ее гнусные нападки. Не он спускал с рук ее выходки, и шел за ней ни смотря ни на что. Если бы не данное им слово, слово чести дворянина он бы давно на все плюнул и ушел бы в Ислев. И плевать на награбленные ей деньги, плевать на все. Можно обратится к собратьям, к настоящим потомкам дворянских радов, взять ссуду в банке, уж на корабль до Лютеция ему то точно хватит, а там… Отец не окажет, точно не откажет и тогда… На мгновение сбившись с мысли Август тряхнул головой.
Просто покажи кто тут главный.
Поразительная в своей простоте мысль оказалась настолько свежей и яркой, что заставила юношу вздрогнуть. Точно. Боги насколько он слеп и мягок. Он Владетель. Владетель, а не какой-то безродный щенок. Он справился с демоном, дрался один против пятерых, рубил головы смешанным. Надо показать, кто тут главный. Продемонстрировать, что значит крепкая рука. И выскочке Абеляру, и заносчивой вертихвостке Кирихе, и этой звериной девке. Сделав несколько шагов в сторону костра Август неловко наклонившись подобрал с земли камень. Тяжелый окатыш лег в руку как влитой. Можно конечно вернутся к фургону и взять скьявону. Но честной стали эти выскочки недостойны. Да не достойны. И дело вовсе не в том, что он опасается разбудить эту шлюху Майю или сраную дикарку. Нет, нет. Просто он не хочет никого сильно калечить или убивать. Нет, он не будет убивать. Просто научит хорошим манерам. Да, научит. Преподаст урок послушания. Мысленно представляя, как стонет закрываясь руками книжник, как хрипит выплевывая зубы из разбитого рта великанша, как страстно стонет прижатая к земле Кирихе, юноша не сдержал улыбки. Да. Точно. Так он и сделает. Решено.
Сделав пару шагов в сторону воза Август споткнулся и выпучил глаза. Поляна качнувшись вздыбилась горбом, небо и земля на мгновение поменялись местами, заставляя его пошатнулся взмахнуть руками и с трудом удержав равновесие застыть в нелепой, раскоряченной позе.
Бесы. Титаническим усилием воли вернув себе вертикальное положение юноша замотал головой, пережидая пока верх и низ займут положенные им места. Мир покачивался, будто палуба корабля, желудок сжимался и подкатывал к горлу но это было не важно. Совсем не важно. Вернув улыбку скалящейся с небес луне Август надолго задумался.
А если его услышали? Юноша прислушался. Нет. В возу все так же тихо, под телегой, где обычно устраивалась великанша, виднеется край ее пледа. От тюков и мешков где расположился Абеляр слышится мерное похрапывание довольного жизнью человека. Стоящая поодаль лошадка свесила голову.
Он спит. Спит и ему наверняка не приходится видеть кошмаров. Долбанный задавака. Обосратый счастливчик. Так я ему сейчас покажу, как спать я ему покажу…
Ноги юноши внезапно сделались чудовищно слабыми, руки задрожали и он чуть не выпустил камень.
Что ты делаешь? Ты готов размозжить камнем голову совершенно незнакомому человеку? За что? За то, что он спокойно спит? За то что это не он опьянев от восточной отравы лез с непристойными предложениями к женщине которая кормила тебя с ложечки бульоном пока ты израненный валялся в возу и ныл как ребенок? За то что ему удалось за пол дня найти общий язык с той которая оберегает тебя словно неразумное дитя? За то что этот мужчина не имея ни имени, ни влияния, сумел стать лектором крупнейшего университета в империи не дожив до седых волос? Да ты еще большее дерьмо и трус, чем я думал.
Прозвучавший где-то в глубине черепа скрипучий голос отца заставил его застонать.