— Простите… — Альбина облизала сухие, потрескавшиеся губы, её голос дрогнул, слабый, как осенний лист. Она попыталась собраться, выпрямить плечи, но резкая боль пронзила живот, заставив её невольно сжаться. Руки задрожали, тело забило мелкой дрожью, словно от ледяного озноба, несмотря на духоту зала.
— Альбина… — Ярослав поднялся с кресла, его голос, обычно непроницаемый, как гранит, теперь дрожал от непривычной тревоги, глаза прищурились. Он медленно двинулся к ней, огибая огромный стол к ней, его взгляд, острый и внимательный, скользил по её лицу, словно искал ответы. — Вам нехорошо?
— Да… — Альбина вскочила, но каблуки предательски подогнулись, и она пошатнулась, вцепившись в край стола, чтобы не упасть. — Прошу прощения… Мне… я…
Боль ударила, как молния, простреливая позвоночник от шеи до копчика, отдаваясь в ноги и разрывая низ живота острым, рвущим спазмом. Она задохнулась, её лёгкие сжались, но невероятным усилием воли она подавила крик, застрявший в горле. Взгляды всех в зале — Ирины, Илоны, Ярослава, Артура, замов и начальников отделов — сосредоточились на ней.
— Простите… — выдохнула она и, не оглядываясь, не дожидаясь пока Ярослав дойдет до нее, вылетела из зала, шаги гулко отдавались в коридоре. Она бежала, почти не видя пути, пока не ворвалась в пустую офисную уборную.
С размаху ввалившись в одну из кабинок, Альбина захлопнула дверь, задвинув засов дрожащими пальцами. Она согнулась пополам над унитазом, и её вывернуло — скудный завтрак, проглоченный через силу, вырвался наружу вместе с горькой желчью. А потом её ноги подкосились, и она сползла по холодной кафельной стене, чувствуя, как что-то внутри неё оборвалось. Тёплая, стремительная струйка крови хлынула между ног, напоминая месячные, но гораздо сильнее, гораздо страшнее. Живот и поясницу сковало судорогой, болью, которая была одновременно острой и глухой, как удар молота.
Слёзы покатились по её щекам, горячие и непрошеные. Она не всхлипывала, не кричала — просто сидела, прижавшись спиной к стене, и чувствовала, как её трясет от холода. Даже без опыта, без единого слова подтверждения, она знала, что произошло.
- Аля! Альбина! Открой сейчас же! – голос Ирины Александровны, испуганный и нервный ворвался в сознание девушки. Она все еще сидела , позволяя крови стекать в канализацию, дрожа всем телом, озноб только усиливался, а рубашка почти полностью промокла от пота.
- Все в порядке, - слабо выдавила она, стараясь справиться с головокружением. – Женские дни… я вчера перегрелась….
- Ты сейчас мне врать будешь? – рыкнула Ирина прямо в двери. -Ты меня совсем за идиотку держишь? И рвота по утрам тоже, видимо, от перегрева, да? И белая как мел ты последние недели из-за этого? Открывай сейчас же, тебе скорая нужна!
- Нет, - тяжело ответила Альбина. – Не смейте!
- Аля…. Мать твою, ты сдохнуть решила? Открывай! Или я прикажу выломать дверь!
Альбина тяжело встала и сдвинула задвижку.
— Ебаааать… — прошипела Ирина, застыв в проёме. Её взгляд метнулся вниз: на плитке — бурые капли крови, будто отпечатки трагедии. А сама Альбина — белая, как мел, губы посинели, волосы прилипли к щекам.
Ирина прижала руку ко рту, едва не вскрикнув. Закусила тонкие, холёные пальцы, как будто пыталась унять собственную панику.
— Уже всё… — тихо, почти машинально прошептала Альбина, оседая обратно на холодный пол. Она вжалась в себя, сгорбившись, обе руки сжали живот, как щит. — Просто… сильные месячные…
— Кто-нибудь… знал? — Ирина опустилась на корточки, голос стал еле слышным. — Артур?
— Нет. И не должен знать, — глаза Альбины не моргали, смотрели в одну точку. Лицо было как высеченное из мрамора: идеально бледное, без единой тени жизни.
— Какой срок?..
— Три… может, четыре недели… — губы едва шевелились. Она старалась не двигаться — любое движение отзывалось болью.
— Такой… маленький срок… — Ирина обхватила себя за плечи, будто самой стало холодно. — Ты дрожишь вся…
— Мне… холодно… — прошептала Альбина. Её голос был почти детским — беззащитным и потерянным.
- Сильная кровопотеря, - Ирина старалась говорить спокойно, но голос срывался. – Аля…. Сейчас тебе нужно в больницу. При любых раскладах. Могут быть последствия, нужно УЗИ сделать…. Тут без вариантов….
- Не хочу, чтобы кто-то знал… - глухо отозвалась Альбина, закрывая глаза и наваливаясь головой на стенку кабинки.
- Скажем, что…. ну да, бабские дни. Перегрев…. Переутомление…. Грипп. Не знаю, придумаю что-нибудь…. Сейчас вызову такси и позвоню своему врачу, она тебя примет. В случае чего оставит в больнице.
Альбина понимала, что вариантов у нее почти нет. Кровь идет не останавливаясь, не сидеть же целый день в туалете….
- Совещание закончилось?
Ирина фыркнула, набирая телефон такси.
- Какое там….. все были… удивлены. Ярослав психанул и закруглил совещание. Он знал о том, что вы с Артуром? Ну… того?
- Не знаю…. может догадался…. Все равно уже….
- Ой, дура….. неужели ты не чувствовала раньше?
- Я не знала…. Думала – устала…. Я вообще ничего не знаю об этом…. – впервые за все время у Альбины вырвался всхлип.
