Время текло как песок сквозь пальцы. Леонид молчал. Я не знал, что делать. Никакие попытки достучаться до Лоры, прикоснуться к ней с Силой или без — не работали. Она была как заблокированная дверь в кромешную тьму. Заперта и точка. Без подсказок некроманта я просто понятия не имел, как вернуть Лору в обычное состояние.
И самый тяжкий груз — я не рассказал Рику о той правде, которую поведал Безымянный. О договоре. О том, что проклятие — это барьер по договоренности.
Каждый раз, открывая рот, я ловил на себе его оценивающий взгляд и… замыкался. Не знаю, что руководило мной. Страх? Недоверие? Сомнение в словах Безымянного? Или опасение?
Скажу честно, я боялся. Вдруг Рик, узнав, что весь этот кошмар с пеплом и тусующейся под Нева-Сити нежитью — не «вина» некроманта в чистом виде, а следствие вековой аферы Гончих, пойдёт на необдуманный шаг.
Палач слишком категоричен в некоторых поступках и размышлениях. Вдруг он, например, решит вытрясти правду из Безымянного, дабы убедиться, что тот не врёт. Или надумает пойти и грохнуть парочку Гончих. Рик держал себя в руках, он профессионал, но я видел, что его нервы тоже немножко на пределе. Насколько, конечно, применимо данное определение к наемному убийце.
В общем, по итогу, я метался даже не между двумя огнями. Ни хрена подобного. У меня этих огней было слишком много.
Ну и конечно, внутреннее напряжение, от которого я не мог избавиться, тоже начало истощать мой организм. Безопасность здесь, в убежище, предоставленном Безымянным, была как тонкий лёд над тёмной водой.
Гончие не находили нас, это да. Но каждый скрип за дверью, каждый отдалённый голос в туннеле заставлял сердце бешено колотиться. А ещё этот вечный, нарастающий гул снизу. Как дыхание спящего гиганта. Оно стало фоном моей жизни. Даже Рыжая к нему привыкла, лишь изредка настораживаясь и издавая тихое предупреждающее ворчание, когда вибрации становились чуть сильнее.
И вот, спустя неделю, произошло то, чего я боялся.
Я стоял посреди «тренировочной» пещеры, пытаясь после очередного изматывающего спарринга с Риком поймать дыхание. Руки дрожали от напряжения, на губах ощущался солоноватый привкус крови (пришёлся лицом о стену, уворачиваясь от «тени» Палача). Рик, невидимый в кромешной темноте угла, бросил:
— Сегодня хватит. Отдыхай. Завтра начнём с ударов и новых попыток использовать Силу. Нужно чтоб ты довел себя до пяти точных выбросов подряд. Без перегрева.
Рыжая, сидевшая у ног Лоры, которая сидела на табурете у входа в нашу «комнату», вдруг подняла голову. Её чёрные глаза сузились.
— Кто-то… идёт, — проскрипела Лич, её голос всё ещё был странным, но фраза звучала чётко, осознанно. — Чужой. Один.
В ту же секунду раздался резкий звук шагов. Непривычный, нарочито громкий. Будто посетитель услышал слова Рыжей и решил, что скрываться не к чему.
Сердце рухнуло в пятки. Рик материализовался рядом со мной, его рука уже лежала на рукояти боевого ножа. Рыжая тоже вскочила, приняв свою излюбленную стойку. Одна нога согнута в колене, вторая — вытянута в сторону. Одна рука отведена для удара, вторая — пальцами упирается в пол.
Ее когти скользнули по камню с противным звуком. Даже Лора, казалось, оживилась. Она слегка повернула голову в сторону шума.
Не прошло и пары минут, как перед нами появилась Мира. Её фарфоровое лицо было бесстрастным, но в огромных глазах читалось… предвкушение? Жестокое любопытство? Она держала в руке свой костяной жезл. Фиолетовый камень на конце пульсировал ярко, почти яростно.
— Хозяин передаёт, — голос девчонки был ледяным. — Время вышло. Твоя подружка не пришла в себя. — Взгляд Миры скользнул по Лоре, затем вернулся ко мне. — Безымянный ждёт, что ты решишь проблему. Сейчас. Или… он придёт сам.
Холодный ужас, острее любого клинка Рика, пронзил меня. Дни кончились. Это и есть ловушка, о которой шептал Гризли? Или просто беспощадная логика Безымянного? Леонид всё так же молчал. А выбор был прост: смотреть, как убьют Лору, или…убить ее самому. Вот, что означала фраза «решишь проблему».
Мира стояла на пороге, словно долбанная статуя. Ни капли эмоций на лице. Это ее равнодушие, на самом деле, бесило неимоверно. Хотелось подойти и отвесить девчонке подзатыльник. Может тогда она станет больше похожа на нормального человека, а не на гранитный монумент. Тут, вообще-то, судьба Лоры решается.
Рик замер рядом, тень от капюшона скрывала лицо убийцы, но я чувствовал, как напряглись мышцы его руки на рукояти ножа. Говорю же, иногда он слишком категоричен для Палача. Хотя… Может мое безумие, мое сумасбродство, они заразны? Может именно общение со мной так повлияло на Рика, что он стал позволять эмоциям брать верх над холодным расчётом.
В любом случае, судя по тому, какие вибрации ощущались от убийцы, он на полном серьезе был настроен грохнуть Миру, если что-то сейчас пойдет не так.
Рыжая издала низкое, предупреждающее рычание, её когти скрежетнули по камню. Сдается мне, ей тоже не сильно по душе эта девчонка с жезлом в руке.
