— Всем вернуться за аркбаллисты! — отплевывая кровь, прохрипел Ларканти и с трудом вздернул себя на колено. Подняв раскалывающуюся голову, он обнаружил Тарка и Руби, которые оцепенели под хищным взглядом пернатого зверя.
— Подстрелите эту тварь! — Ларканти вывел Тарка из оцепенения ударом в бок, солдаты поспешили выполнить приказ. Сквозь кашель, терзавший сломанные ребра, страж услышал ритмичный звон пары ручных арбалетов. Но янтарные глаза Хоакса оказались для Тарка и Руби неуловимой мишенью. Попадания в грудь и шею лишь подхлестывали запредельную ярость чудовища.
Сквозь кровавый туман Ларканти разглядел мрачную дугу Нар'Охай, который он все еще стискивал в каменной ладони. Страж зарычал, отгоняя тошноту и головокружения, а затем вздернул себя на ноги и приготовился ринуться на Хоакса. Зверь уже потрошил ладью задними лапами, стараясь забросить на палубу исполинскую тушу. Всадники, болтавшиеся на холке зверя, попытались прицелиться в Хан Ката, но залпы Тарка и Руби заставил их прижаться к шее Хоакса.
Улыбка Ларканти хищно заблестела на окровавленной челюсти. Он почувствовал, как гомон вокруг утихает. Остается только хриплое дыхание и ритмичные пульсации двух сердец. Мощными ударами они загоняли кровь в напряженные до предела мышцы. Накренившись вперед, страж завел дугу Нар'Охай за спину и сорвался с места. Изогнутый клюв Хоакса, покрытый царапинами и неровными костяными наростами, ринулся наперерез. Не сбавляя темп, Ларканти занес клинок над левым плечом и отбросил себя с пути клюва. Массивная голова Хоакса проносилась мимо, рассекая кожу жестким опереньем. Ларканти резко развернул плечи, опустошил легкие гортанным воплем и погнал Нар'Охай по широкой дуге, пересекающий плотно зажмуренный глаз Хоакса. Клинок проложил путь сквозь надбровные дуги, скулы и два янтарных глаза, Ларканти почувствовал омерзительное чавканье, хруст и легкую вибрацию эфеса.
От вопля Хоакса из носа и ушей начала сочиться кровь, но страж сделал еще один молниеносный рывок. Там, где он только что стоял, палубу с расколола растопыренная лапа. Оставшиеся глаза Хоакса не могли уследить за подвижной целью, поэтому беспорядочные удары громили лишь стонущие доски. Отпрянув назад, зверь вытянул шею, вывернул голову и, наконец, пронзил стража свирепым взглядом. На обнаруженную жертву хищник обрушил грудь и мощные лапы, разогнанные подобно хлыстам. Внезапно вес задних конечностей потянул Хоакса с палубы и вызвал у зверя крошечное мгновенье замешательства. Ларканти этого хватило, чтобы ринуться за передние лапы и не остаться мокрым пятном на досках пола.
Ларканти направил острие Нар'Охай на подмышку животного. Зверь рухнул на палубу, и изогнутый меч по рукоять утонул в оперенной груди. Выдающаяся физическая сила пепельного была ничем по сравнению с весом зверя. Хан Ката, прикованного к клинку, вдавило коленями в пол. Затем Хоакса скрутило в резком предсмертном спазме. Своим локтем он до хруста вдавил Ларканти в разгорячённую рябую кожу и густой пух, который стремительно наполнялся резко пахнущей кровью. Эфес Нар'Охай болезненно впился в тело стража, выдавливая из груди влажный хрип. В мощной пульсации, охватившей рукоять, Ларканти ощущал последние удары могучего пронзенного сердца.
Когда задыхающийся страж почти расстался с сознанием, мускулы зверя расслабились, и обмякшая туша начала сползать за борт. С омерзительным шипящим звуком Нар'Охай выскользнуло из раны, а Ларканти из последних сил откатился в сторону и замер в позе эмбриона. Содрогаясь от тяжелого кашля, он попытался вздернуть себя на четвереньки, но смог лишь перевернуться на живот.
Всадники погибшего Хоакса проворно расправились с застежками и мягко спрыгнули на палубу за секунду до того, как труп животного полетел к дрожащим от жара барханам. Одного из них мгновенно срезала очередь стальных болтов. Выживший опустошил оружие за спину Ларканти и кинулся на каменного стража. Раскаленная гневом кровь вздула вены на потемневшем лице Ларканти, которому не хватало сил на достойное сопротивление. Когда поясной нож всадника бросился к основанию его черепа, бледного сбила стройная фигура Руби, сверкнувшая стальной чешуей.
Пару секунд хватило Хан Ката, чтобы разглядеть опыт и оточенное мастерство лже-всадника. Когда Ларканти поднялся и получил возможность вмешаться, бледный уже отбросил Руби, судорожно хватающуюся за обильно кровоточащее горло. Спустя секунду на всадника кинулся Тарк, подволакивающий простреленную ногу. Из-под шлема пепельного валили присвистывающие хрипы. Яркая вспышка кашляющих сопел выхватила из-за обсидиановых пластинок до предела вытаращенные глаза. Тарк ошеломил всадника ударом головы, а потом вывернул руку бледного из сустава. Загнутым кинжалом он подрубил колено лже-всадника и обрушил бледного на пол. Отбив ножом коварный ответный выпад, Тарк занес оружие для смертельного удара. Ларканти лишил Тарка права на месть и откинул юношу ударом ноги. Всадник мгновенно попытался вскочить, но Нар'Охай пригвоздил к палубе его плечо.