Солнце Хинарина уже опускалось за горизонт, когда раненный Акорис приблизился к границе Миров. Все, включая тоннельника, собрались на носу корабля, чтобы впитать странное зрелище. Грузные беженцы испуганно переглядывались и висли на резных бортах, а Нуаркх жадно вдыхал густой горьковатый воздух. Плоская пелена облаков, инкрустированная живописными осколками и напитанная насыщенным пурпуром заката, расползаться на лоскуты и закручиваться в вереницу спиралей. Фиолетовые дуги растворялись в бурлящем серо-голубом тумане, завиваясь вокруг необъятных водяных потоков Арга и парящих клочков синских зарослей. Кольцо Урба, будто отражавшееся в разбитом зеркале, прятало за шипастым гребнем размытые силуэты четырех светил. Рокочущие молнии вырывались из мрачных недр песчаных вихрей и вспарывали воды Арга, выхватывая из пучин силуэт вытянутых исполинов. Спустя несколько минут Акорис застонал и сбавил Ход, массивная мачта затрещала под весом каменных парусов. Песчаная буря зашелестела по палубе, тени сошли с ума, не зная какому светилу угодить. Упорный корабль продолжил забираться еще глубже, направив вздернутый нос на последний клочок пурпурного Хинаринского неба, который зацепился за величественный силуэт далекой Башни Хинарина. На последнем дыхании Акорис дотащился к спасительной громаде, под кормой вновь раскинулись привычные облака, ветер воздел золотые пластины парусов. Близость башни наполнила сердца бледных уверенностью и ощущением защищенности.
До вторжения Перекрестка двухкилометровая каменная колона Башни держала простой воздушный порт, обеспечивая торговлю между Верхом и Низом. Хаос междумирья согнул гранитную громаду прежде, чем ее недра начинили механизмами из Слез Урба и научили давать отпор, но высокие шпили, пестревших янтарными бликами очагов и мириадами цветастых вывесок, до сих пор ютились на скошенной вершине. Когда «Акорис» подобрался достаточно близко, стали видны деревянные помосты, которые извилистыми ручейками струились вокруг оснований покосившихся домов и превращали крутые склоны в извилистые лестниц с широкими ступенями. Некоторые здания, не обладавшие достаточно крепким фундаментом, почти проиграли схватку с притяжением и указывали на горизонт под острыми углами. Из-за острой нехватки места, даже перевернутые стены и комнаты не пустовали, но обросли паутиной деревянных лесов и держали цветастые торговые палатки. Монолитное основание Башни Хинарина обнимали потоки Арга, в которых тонула паутина водного причала. Темно-пепельный Саантирский камень пестрел островками ярких, фосфоресцирующих водорослей, которые иногда выныривали из-под лениво пенящихся волн. Среди наростов чудных, покачивающихся растений скользили разветвленные кончики лоснящихся щупалец. В пучине они сплетались в могучие конечности, принадлежавшие Зверю Башни. Громадное, грузное тело имело пугающие очертания подтаявшего женского лица. Толща воды милосердно оберегала беженцев и большинство гостей Башни от чудовищного зрелища, но симбионт Нуаркха видел гротескные, карикатурные черты, и неспешно моргающие исполинские глаза. Конечности Зверя тянулись к серпу воздушной пристани, венчавшей причал, и проникали в окна вычурного особняка Архонта.
