— Этого отрицать не буду. — Задумчиво кивнул наемник и хмуро уставился в пол.
— Если бы не копье, то Каэт'Анар стал бы последним приключением для большей части офицеров твоего Бастиона. — Напомнил Нуаркх, выдержал короткую паузу и серьезно добавил. — Важно лишь сохранять осторожность и не часто давать ему слово.
— Похоже, Кукла освободилась. — Негромко пробормотал тоннельник, следуя симбионтом за приближающимся силуэтом Архонта. Заметив напряжение, сковавшее измотанное тело светловолосого наемника, Нуаркх четко и размеренно прощелкал: — Леронц, главное не смотри в глаза.
Напрягшийся наемник не успел ничего ответить, так как услышал нарастающий шорох и ритмичное влажное чавканье. Невольно поправив растрепанные локоны и воротник вычурного кафтана, Леронц уставился в темнеющий прямоугольник дверного проема. Он увидел тень неторопливого массивного нечто, которая скользила мимо рядов масляных ламп. Сердца заколотились еще сильнее, а в следующую секунду он испытал стыд за то, что позволил Нуаркху себя напугать, откашлянулся и взял разгулявшиеся эмоции под контроль.
Архонт показалась в комнате спустя полминуты молчаливого ожидания. Обе догадки Леронца, касающиеся ее внешности, оказались, по-своему, верны. Кукла была зрелой «пепельной» женщиной со строгими, но приятными чертами гармоничного лица. Крупные глаза тонули в ореоле заметных мешков и напоминали отполированные бронзовые шарики. Единственным намеком на зрачок была радужка, намеченная различимым оранжевым свечением. Седеющие, блестящие волосы Архонта лежали в тугом хвосте, а платье имело темно-пепельный цвет, под стать стенам и коже хозяйки. Приталенный корсет украшала детальная вышивка темно-янтарного цвета, а подол распускалось в пышную длиннополую юбку, которую поддерживали плавно изогнутые медные спицы. Ниспадая вместе с легкой тканью, взгляд обнаружил, что янтарная бахрома платья колышется в метре над землей. Под ней перекатывались дюжины щупалец, собранные в единый лоснящийся клубок.
— Приветствую, Архонт Ланати. — Поздоровался Нуаркх и склонил голову в почтительном поклоне.
— Используешь формальный тон, чтобы сыграть на моем честолюбии или пытаешься запугать моего очаровательного гостя? С последним прекрасно справиться мой внешний вид. — Лицо Архонта смягчились, а освободившиеся волосы пышными локонами свалились на плечи. Медные глаза Куклы повернулись к Леронцу, а Архонт ответила кивком и улыбкой на смущенный поклон.
— Что вы Саррин. — Попытался оправдаться немного растерянный Наемник.
— Брось, твоя реакция вполне понятна. — Отмахнулась Архонт. Следом очередное массивное щупальце притянуло странный стул с очень длинными и широко расставленными ножками. Лоснящиеся отростки взгромоздили чудное сиденье на пучок щупалец, а следом аккуратно опустили на него Архонта. Расслабившись в своем кресле, Кукла обернулась к тоннельнику и будничным тоном поинтересовалась: — Итак, Нуаркх. Почему ты решил выкрасть ловчего из-под носа Кантара? Разве вы с ним не расстались в приятельских отношениях?
— Я понятия не имел о заговоре, когда крал ловчего. Мне попадались портреты Яроокого, но они вышли уж слишком подхалимскими. — Буднично ответил тоннельник.
— Расскажи тогда почему мне не стоит вернуть ловчего и исправить плоды твоей невнимательности? — Негромко проговорила Архонт, и воздух в монотонной комнате мгновенно заполнился тугим напряжением. Повисла зыбкая тишина, Леронц нервно заерзал в кресле, Хаотри потянулась к потрескивающему эфесу артефактного меча.
— Я, с твоего позволения, коснусь лишь основных причин, иначе это займет слишком много времени. — Отозвался Нуаркха расслабленным голосом. — Во-первых, ловчего я украл не из соображений блага Галафея. Костлявому сосуду более пяти сотен лет, а искра и разум в ней все еще сверкают.
— Выходит, ты везешь Слугу старику Калрингеру? Буду рада снова увидеть легендарного Лим'нейвен в деле. — Одобрила Архонт. При этом лицо ее так и не сбросило радушной маски, нацепленной вовремя раунда дружественных приветствий.
— Ренмайер обрадуется второму шансу отправиться в беззаботное путешествие, а после по самую макушку погрузиться политику. — Добавил тоннельник саркастичным тоном, чем вызвал у собеседницы проблеск более широкой полуулыбки. Следующую фразу он произнес гораздо серьезнее: — К тому же, Калрингер никогда не скрывал результатов академических изысканий, в отличие от Кантара. Поэтому секрет вечной жизни достанется и тебе, Архонт.
— Боюсь, что если Яроокий действительно столь… решителен, то старение стать моей последней проблемой. — Призналась Лим'нейвен и непроизвольно сцепила руки на груди, защищаясь от тревожных мыслей.
— Уже готова признать его власть? — Ехидно подняв надбровную пластину, поинтересовался тоннельник.
— Просто не хочу играть с горящим каменным маслом. — Бесстрастно парировала Архонт.
