Бейбст (прячет в карман мешочек с табаком). Разочек каждому хочется!.. И женщине тоже. (Раскуривает трубку и, говоря, уходит через главный вход.) Ну, я пойду поем.

Женавозчика (пряча горшок с молоком под передником, выглядывает из хлева). Меня никто не увидит?

Лиза. Можешь идти, никто тебя не увидит. Проходи скорей!

Женавозчика (проходя, работницам). Вот, для самого малого.

Лиза (кричит ей вдогонку). Поторапливайся! Идет кто-то.

Жена возчика исчезает между домом и конюшней.

Густа. Да это наша барышня.

Работницы уносят остатки клевера и толкают пустые тачки под навес, затем уходят в коровник. В ворота входят Лот и Елена.

Лот. Омерзительный субъект этот Кааль – какой-то грязный шпик!

Елена. Я думаю, пройдем в беседку…

Они идут через калитку в садик, расположенный впереди слева, и входят в беседку.

Этомоелюбимоеместо. Здесь меня никто не тревожит, когда мне хочется почитать.

Лот. Верно!.. Красивое место.

Садятся на некотором расстоянии друг от друга.

А у вас такие красивые, такие пышные волосы, фрейлейн!

Елена. Ах, зять мне тоже говорит… Он говорит, что не встречал таких, даже в городе… Коса толщиной в руку… Если распустить косу, то волосы упадут до колен. Потрогайте!.. Они, как шелк, верно?

Лот. Совсем как шелк. (Вздрагивает, склоняется к ней и целует ее волосы.)

Елена. Ах, не надо! Если…

Лот. Елена! Разве это было несерьезно?

Елена. Ах… мне так ужасно стыдно. Что я наделала?… Я тебе… Я сама бросилась вам на шею… Что вы должны обо мне думать?

Лот (придвигается, берет ее руку в свои). Будьте спокойны на этот счет, право!

Елена (вздыхает). Ах, если б узнала сестра Шмитхен… Страшно подумать!

Лот. Кто такая сестра Шмитхен?

Елена. Учительница в пансионе.

Лот. Как вы можете мучиться из-за какой-то сестры Шмитхен?

Елена. Она была очень хорошая!.. (Громко смеется.)

Лот. Почему ты вдруг засмеялась?

Елена (не то уважительно, не то насмешливо). Ах!.. Когда она стояла на хорах и пела… У нее был один-единственный, длинный-предлинный зуб… Петь нужно было: «Утешь, утешь народ мой!», а у нее получалось: «Уешь, уешь народ мой!» Это было так глупо и смешно… Мы все так смеялись, когда она выводила на весь зал: «Уешь, уешь!..» (Не может сдержать смеха.)

Лот заражается ее веселостью. Она представляется ему такой очаровательной, что он пытается воспользоваться мгновением и обнять ее.

(Отстраняется.) Ах, не надо! Я тебе… я вам сама бросилась на шею.

Лот. Полно вам говорить об этом.

Елена. Но я не виновата. Вина – ваша… Зачем вы требуете…

Лот обнимает и привлекает ее к себе. Вначале она слабо противится, затем уступает и смотрит с радостным выражением на склонившееся над ней озаренное счастьем лицо Лота. Вдруг, осмелев, она целует его в губы. Оба краснеют, затем Лот целует ее долгим, крепким, страстным поцелуем. Поцелуи длятся, как немая, но красноречивая беседа. Первым заговаривает Лот.

Лот. Елена!.. Ведь так? Ведь тебя зовут здесь Еленой?

Елена (целует его). Зови меня иначе… Зови, как тебе нравится.

Лот. Любимая!..

Они молча целуются, снова всматриваясь друг в друга.

Елена (крепко сжимая в объятиях Лота, положив голову на его грудь, с затуманенным от счастья взором, шепчет в упоении). Ах!.. Как хорошо! Как хорошо!..

Лот. С тобой я готов на смерть.

Елена (порывисто). Нет, мы будем жить! (Высвобождается из его объятий.) Зачем нам умирать? Зачем нам теперь?…

Лот. Пойми меня верно. Я давно уже тешу себя мыслью… Я тешу себя мыслью, что возьму ее за руку, – так просто, понимаешь?

Елена. Смерть за руку?

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги