Последнего соображения оказалось достаточно, чтобы выдернуть его из ступора. Если раньше он просто сидел и тупо пялился в пол, то теперь вскочил и резко метнулся к шкафу. Выдвинул все ящики, принялся копаться в них, вышвыривая наружу свою одежду и альбомы для рисования. Затем вытащил старый рюкзак и начал беспорядочно пихать в него вещи.
Пиздец, как это он умудрился накопить столько барахла?
Краем уха он услышал, как в ванной выключился душ, и понял, что в комнате вот-вот появится Брайан. Обнаженный, в одном лишь обернутом вокруг бедер полотенце, с мокрыми, прилипшими ко лбу волосами и каплями воды на груди.
- Какого хуя ты делаешь?
Голос Брайана раздался у него за спиной. Ну что ж, в нем, по крайней мере, звучало искреннее недоумение, а не этакое фальшивое «я знаю, что происходит, но буду притворяться, будто ничего не понимаю». Брайан часто пользовался этим приемом, особенно, когда Джастин пытался завести речь о какой-нибудь сотворенной им гадости. Сейчас же он, Брайан, не злился. В голосе его слышалось искреннее любопытство, но при этом он пока еще был сладким и томным, как тающая под языком сахарная вата. Брайан еще не понял, что что-то не так, не осознал, что что-то случилось. Мог позволить себе быть спокойным, добродушным и… и… искренне заинтересованным! В то время как Джастин Просто. Блядь. Разваливался. На куски.
Джастин чуть замедлил движения. Вдруг оказалось, что нельзя одновременно собирать вещи и переживать паническую атаку. Вспомнив о том, как его учили справляться с приступами паники – в больнице, после нападения – он принялся глубоко-глубоко дышать. И когда, наконец, решился ответить, голос его звучал так спокойно, что он по праву мог бы собой гордиться. Хотя где-то внутри оставалось смутное чувство, что шок он переборол не до конца.
- Я думаю, - очень непринужденно выговорил Джастин, - я думаю, что лучше мне на время перебраться…
Куда? Где он мог бы перекантоваться? У Дафни? В этой убогой конуре, которую она снимала с еще двумя девчонками и упорно именовала квартирой? У мамы? Ну да, беги к мамочке, пускай кудахчет над тобой и талдычит, как она была права. У Дебби? Так ему больше не семнадцать, фарш невозможно провернуть назад. У Эммета? Господи, нет, только не это! У Линдси и Мелани? Ага, две лизуньи и карапуз, лучше и не придумаешь. У Тэда?..
- Блядь, не знаю, куда именно, но в какое-нибудь другое место.
Глядите-ка, вот тебе и спокойствие. Раньше с ним такого никогда не случалось, и потому трудно было сказать наверняка, но ощущение было такое, словно у него начинается приступ астмы. Либо это, либо его легкие просто пытались спастись бегством, пока слезные протоки не поставили их в крайне унизительное положение.
- Ладно, - медленно проговорил Брайан.
Господи, да ему все это кажется забавным. Как он может забавляться в такой момент? Как он смеет забавляться?
- Я все-таки спрошу. Почему же будет лучше, если ты на время переберешься «блядь, не знаю, куда именно, но в какое-нибудь другое место?»
- Майкл звонил.
- И что? Майки все время звонит. Если бы у него не было меня и телефона, ему и жить было бы незачем.
Произнося эти слова, он медленно приближался, осторожно наступал на Джастина, словно тот был настороженным оленем, способным рвануться прочь при малейшем резком движении. Что… только выбесило Джастина еще больше.
- Брайан, он рассказал мне, - спокойно ответил он.
И тот, наконец, замер. Остановился в нерешительности. Джастин не поднимал глаз и потому не видел замешательства Брайана, но чувствовал его всей кожей. Тот, наконец, осознал, что происходит, догадался. А потом, почти сразу же – Джастин это тоже почувствовал – решил сыграть втемную. Притвориться, будто ничего не понимает, будто не видит, что весь мир Джастина со всеми его глупыми иллюзиями только что перевернулся вверх тормашками. Джастин не знал, какой реакции он от него ждал, но уж точно, блядь, не такой.
- Что рассказал? Что в Гейополисе скоро состоится супер-распродажа для супер-героев, и ты тоже на нее приглашен?
- Нет, он рассказал мне, что ты с ним спал. Сказал, что больше не мог скрывать это от Бена, и не хочет, чтобы я узнал о случившемся от кого-нибудь другого. Что это произошло после того, как ты вернулся с Белой Вечеринки, но до того, как мы начали работать над комиксом. Что однажды вечером ты зашел к нему в магазин – и вот, просто так получилось.
А потом он прекратил тараторить, прекратил собирать вещи, задыхаться, истерить – вообще все прекратил и поднял глаза на Брайана. В первый раз после телефонного разговора с Майклом посмотрел ему в глаза и произнес очень спокойно:
- Брайан, скажи мне, что он солгал.
Приказ, просьба, мольба… Наверное, все вместе, так и рвущееся из каждого слога.
А Брайан промолчал. Прикусил губы – в этой своей манере, словно разом стирающей десять лет, и превращающей его в маленького мальчика – и посмотрел куда-то вправо и вниз.
