– Ка-ка-какие телефоны, Арсена?
– Твои, мобильники дай сюда.
Мастер сунул руки в карманы, вытащил два аппарата. Гаэтано взял их, бросил на пол, раздавил каблуком, после чего направился к кроссоверу. Тщательно осмотрев автомобиль снаружи и изнутри, он отряхнул ладони и прошел мимо мастера, так и стоявшего в оцепенении, к выходу.
– До свидания, – зачем-то тонким вежливым голоском попрощалась Полина, и они с Оскаром поспешили следом.
Отъехав от автосервиса, Гаэтано сказал:
– В лобовом стекле прямо напротив водителя крошечное отверстие, без трещин. Стекло словно проплавило насквозь. Вряд ли эмиссар выжил, надо найти тело, чтобы понять, какое оружие применили.
– А что такое отстойник, куда мы едем? – спросила Полина.
– Гараж для ворованных машин, – ответил мужчина. – Какое-то время угнанный автомобиль там прячут, потом или на продажу, или на запчасти. Как подъедем, вы оставайтесь здесь, я сам выйду, поговорю.
Пузан из автосервиса не обманул, через пять километров появилась автомойка с гаражным боксом по соседству. Гаэтано остановился неподалеку, вышел и широким шагом направился в здание автомойки. Полина проводила взглядом удаляющуюся строгую черную фигуру и произнесла:
– Надеюсь, там все живы останутся.
– Если охотно пойдут на разговор, то останутся, – уверенно ответил Оскар. – Гаэт вообще спокойный, но не любит время терять. Когда дело долго тянется, когда спорят, сопротивляются, ересь всякую творят – такие вещи его из терпения выводят.
– Понятное дело, – закивала девушка, – кому понравится.
Гаэтано обернулся быстро. Он вышел из автомойки вместе с парнем в сером комбинезоне – точнее, подтащил его к машине за шкирку, как щенка, затем сунул в багажник, захлопнул крышку и вернулся в салон.
– Э-э-э… – протянула Полина, не зная, как правильно сформулировать вопрос.
– Пацан сказал, машину нашли в перелеске, рядом с указателем на съезд, – ответил падре, не дожидаясь, пока она справится с подбором нужных слов. – Водитель был мертв и, похоже, давно, что-то непонятное случилось с телом, оно почти развалилось. Тело они выбросили, машину забрали. Сейчас попробуем найти останки, на всех эмиссарах должны быть специальные записывающие устройства на случай, если понадобится восстановить последнюю картинку перед смертью.
Минут через тридцать появился перелесок с указателем. Джип съехал на обочину, остановился, и пассажиры с водителем вышли. Падре направился к багажнику, поднял было крышку, чтобы выпустить парня, как вдруг тот резко выскочил и бросился бежать по шоссе обратно в сторону автомойки.
– Избавь меня от всякого злого дела и диавольского поспешения! – прогрохотал Гаэтано и топнул ногой по асфальту.
Подошва его ботинка словно пригвоздила некое невидимое полотно, которое мгновенно удержало беглеца. Парень изо всех сил бежал на месте, при этом не продвигаясь ни на шаг. Мужчина подошел к нему, схватил за шкирку и поволок обратно к машине. Белый от ужаса молодой человек вращал глазами по сторонам, что-то мычал и, похоже, даже не пытался понимать, что происходит.
– Тело где? – спокойным, будничным тоном спросил падре и слегка встряхнул парня.
Тот помедлил немного, соображая, что от него требуется, и указал в сторону перелеска. Гаэтано велел Полине с Оскаром ждать у машины и пошел с парнем к молодому лесочку, окутанному зеленой дымкой свежей листвы. Окинув взглядом простор, луга вокруг леса, Оскар вдохнул полной грудью и сказал:
– Хорошо здесь, я бы полетал.
– Так полетай, успеешь. – Полина с улыбкой посмотрела на него и провела рукой по воздуху за спиной арагана, нащупывая невидимые крылья.
– Не успею, Гаэт быстро вернется.
Так и вышло. Буквально через пару минут из-за деревьев показались падре с парнем. Они добрались до шоссе, и там Гаэтано отпустил наконец своего пленника на свободу. Парень сорвался с места и помчался прочь с новыми силами, а Гаэтано подошел к машине.
– Успешно? – спросила Полина.
– Вполне. – Он разжал кулак. На ладони лежал небольшой серебристый медальон на короткой цепочке. – Дома посмотрим, какая информация сохранилась. От самого тела практически ничего не осталось, использован такой же алхимический яд, какой вылили на нашего музейного смотрителя. Видимо, где-то здесь его производят, такое зелье долго не хранится, и перевозить его сложно. Производство и использование подобной скверны запрещено, но кто-то стряпает, не стесняется. С этим тоже разберемся. Теперь давайте по местам, поехали.
Дальнейший путь лежал ко второй точке маяка. Ехать было довольно далеко, почти два часа пути. Полина разулась, улеглась на сиденье, Оскар попросил включить радио, и Гаэтано нашел радиостанцию с более-менее спокойной музыкой. Парень с интересом стал вслушиваться в лиричное звучание и делиться с девушкой своими ощущениями. Он уверял, что чувствует, как звуки проникают внутрь, искрами блуждают в темноте и подсвечивают его изнутри.
– А потом музыка сама по себе начинает звучать здесь, – сказал Оскар, прикладывая руку к груди. – И, наверное, ее может кто-нибудь услышать.
