Капля крови убыстрилась, оставляя светящийся след. Тончайшая пламенная линия подрисовала стаканчикам новые контуры и превратила их в рукоятку длинного огненного кнута. Восемь душ, запечатанные в мужские тела, бросились с двух сторон, одновременно, как единый организм. Не имея в своем положении ни страха, ни инстинкта самосохранения, они не видели опасности в световой плети. Взмахнув кнутом, Гаэтано принялся со свистом рассекать воздух вместе с головами нападающих. От огненных ударов они разваливались, как пересушенная глина, обезглавленные тела падали на пол. Они вспыхивали холодным белым пламенем, плавились и осыпались пластами спекшегося песка. В коридорном полумраке одна за другой стали высвечиваться освобожденные души. Размытые голубоватые протуберанцы покачались, будто в нерешительности, словно не понимая, что им дальше делать, затем невидимая неумолимая сила вытянула их из пространства.
Погасив огненный кнут, Гаэтано бросил смятые стаканчики в мусорную корзину и пошел по коридору, заглядывая в кабинеты. В аудиториях рядами стояли старые деревянные советские парты, растрескавшиеся, с облупившейся краской, и такие же уставшие от времени тяжелые учительские столы с толстым слоем пыли на крышках. Лишь одно помещение оказалось обставлено современной офисной мебелью. Но в ящиках обнаружились лишь пачки чистой бумаги, а в шкафах – пустые папки. На подоконнике красовалась изящная ваза-колба с веткой белых цветов – пищей мертвых асфоделусом. Окно выходило в маленький проулок. У стены соседнего дома стояла та самая эффектная брюнетка и смотрела на особняк. Увидев в окне второго этажа черную мужскую фигуру, она быстро развернулась и исчезла в проулке.
Полина собиралась уже звонить Гаэтано, когда он появился на веранде.
– Наконец-то! – воскликнула девушка. – Где ты был? Мы давно все съели, а твоя порция остыла.
– Ничего страшного. – Падре сел за стол и пододвинул ближе тарелку со стейком и картошкой. – Побывал в школе интеллекта «Асфоделус». Выглядит муляжом, застрявшим во времени. Возможно, это первая ступень перед аффирмационным центром.
– Асфоделус – это же тот цветок из ядовитого зелья?
Мужчина кивнул.
– Интересно. – Подперев подбородок ладонью, Полина задумчиво смотрела, как он режет мясо. – Я вот что подумала. Если мы собираемся на мероприятие с коктейлями, то туда в спортивном костюме и джинсах не пойдешь, нам нужна приличная одежда, обувь. Еще Оскар чересчур заметный, надо бы ему волосы затонировать и цвет глаз линзами изменить.
Гаэтано снова кивнул, и Полина замолчала, давая ему возможность спокойно поесть.
Проехаться по магазинам и купить все необходимое решено было незамедлительно. Выйдя из ресторана, они пошли к стоянке. На выходе с Арбата вдоль дороги выстроились гранитные вазоны с деревцами, грунт вокруг стволов закрывал щебень. Гаэтано притормозил у одного вазона, зачем-то зачерпнул пригоршню щебенки и понес с собой в машину.
Поездки по торговым центрам заняли всю вторую половину дня. Впервые оказавшись в таких огромных нарядных магазинах, Оскар дурачился, желал гулять по этажам, изучать яркие декорации, заигрывать с продавщицами и совершенно не хотел париться в примерочных кабинках. Полина выбилась из сил, пытаясь его приодеть, и готова была разозлиться на Гаэтано за то, что тот никак не вмешивается в это безобразие. Он лишь отстраненно их сопровождал, пристально глядя по сторонам, словно постоянно искал кого-то, да расплачивался на кассах, когда все-таки удавалось что-то подобрать.
Стемнело, когда, нагруженные пакетами, они наконец-то вышли на воздух. Чувствуя себя так, словно часа три провела в репетиционном зале, Полина упала на сиденье машины, сняла обувь и вытянула ноги.
– В жизни никогда больше не пойду по магазинам с оборотнями, – устало выдохнула она. – Мрак кромешный.
– А чего так? – весело поинтересовался Оскар. – Мне очень понравилось, каждый день бы так гулял!
– Хватит с тебя, птица счастья! – вяло огрызнулась девушка. – Одно утешение: в костюме ты смотришься великолепно, не зря столько мучений пережито.
Мегаполис остался позади, внедорожник выехал на загородную трассу, и вскоре дома по обе стороны сменились лесами. Машина ровно шла на допустимой скорости, как вдруг Гаэтано резко свернул с трассы к обочине.
– Что такое? – сразу испугалась Полина.
– Квадрокоптер за нами, – ответил он.
– Выпусти меня, – попросил Оскар.
– Аккуратнее, на иглу не напорись.
Гаэтано притормозил, парень выскочил на ходу и взметнулся в воздух гигантским белым орлом. Падре заехал под деревья, заглушил мотор, велел Полине лечь на сиденье, а сам вышел из машины.
