Отделение полиции города Тихийска.
10 ноября 2025 года.
08:15
– Девушка, я же вам говорил, что в отделении курить нельзя! – сказал следователь, после того как я вытащила сигарету.
– Знаете ли, звонить в такую рань, и вызывать ни в чем неповинных людей в отделение тоже не очень хорошо – ответила я с надменной ухмылкой – Особенно тогда, когда эти люди буквально только что приехали из другого города и даже вещи свои разобрать не успели. Так что, давайте мы пойдем на компромисс, вы дадите мне огоньку, а я быстро отвечу на ваши вопросы. Хорошо?
Следователь, видимо немного ошарашенный моим наглым тоном, не нашел что мне на это ответить, и потому молча достал зажигалку и дал мне прикурить.
– За последние два часа, вы выкурили уже две! – прокомментировал он.
– Я курю только в те дни, когда мне хреново – сухо ответила я – А сегодня, мне очень хреново.
Это была правда, хотя и в обыденные дни я курила не сильно меньше. Как я не пыталась завязать с этой привычкой, так тут же появлялось какое-то обстоятельство, вынуждающее меня снова дымить, как паровоз.
Следователь же производил приятное впечатление. Он был на удивление вежливым, что редкость для работников правоохранительных органов (знаю об этом на личном опыте), хоть и казался мне каким-то обеспокоенным.
– Что же, понимаю вас – сказал он, понимающе покачав головой и сев за свой стол. Я села напротив него.
– Мне жаль, что приходиться отрывать вас от насущных дел, и позвольте выразить соболезнование. Мы были знакомы с вашим отцом, пусть и не очень близко, но он всегда казался мне хорошим человеком. Поверьте, мы бы не стали дергать вас, но так вышло, что в этом городе вы единственный человек, являющийся его родственником, и поэтому нам важно задать вам пару вопросов – сказал следователь.
– Хорошо, я понимаю, тем более у меня тоже есть пара вопросов – сказала я.
– Позвольте уж, я первый начну – иронично ответил следователь, достав из внутреннего ящика стола папку с надписью «Дело номер семьдесят два» и раскрыв ее перед собой и стал зачитывать текст:
– Итак, вы – Андронова Валерия Александрова, двухтысячного года рождения? Дочь Карамзиной Юлии Витальевны и Андронова Александра Олеговича, а также…
– Да, да, да это все я, пожалуйста, можно уже быстрее к вопросам – взмолилась я, так как голова моя уже раскалывалась от долгого стресса, бессонницы и жуткой духоты, что царила в отделении.
– Простите, но это нужно для протокола – объяснил следователь. И только тогда я заметила включенный диктофон, лежащий на столе:
– Наш разговор записывается?
– Конечно, это стандартное следование инструкций, вы ведь не возражаете? – добродушно произнёс он.
– Нет, конечно, нет – сказала я, но все же мне не нравилось, что он записывает наш разговор. Ни разу не видела полицейского, который так делал, – Но можно было сначала об этом спросить.
– Простите, в следующий раз я это учту – с фальшивым беспокойством, сказал следователь – Ну что же продолжим.
– В данный момент вы проживаете по адресу: Санкт-Петербург Ленинградская ул., 9 корпус 8?
– Да.
– Кем работаете?
– Стилистом в салоне.
– Ваша мать проживает вместе с вами?
– Нет, она живет в соседнем районе, вместе с моим отчимом.
– Но она проживала у вас какое-то время?
– Да, когда только переехала, пять лет назад.
– Сразу после того, как развелась с вашим отцом?
– Да.
– Какова была причина их расставания?
– Не понимаю, как это связано с делом.
– Прошу, отвечайте на вопросы.
– Эх, понимаете, проблемы в отношениях возникли у них очень давно, мой отец был… Как бы так мягче выразиться, бесчувственным мудаком. Сколько я его знаю, для него работа всегда была на первом месте, а мы были скорее элементом декора. Лишь забота о нас, удерживала брак. Мама с этим давно свыклась, и так продолжалось бы и дальше, но после того происшествия…»
– Вы говорите о раскопах? Да, я слышал об этом – с грустью отзывался следователь.
– После того происшествия, она не смогла больше его выносить и уехала ко мне.
