За три дня, что Александр готовился к приёму «титулованной верхушки», его разведчики нашли вход во дворец и расчистили его. Теперь группа вельможных археологов гуськом двигалась по узкой траншее вниз. Всё глубже и глубже ко входу в величественное здание, по самую крышу ушедшее в землю.
– Это сколько машин грунта нужно удалить, чтобы открыть свету божьему найденный город? – пораженно вздохнул Берти.
– Очень много. – ответил ему Александр – Но поверите ли друзья, главная проблема не удаление этой земли, а куда её вывозить и складировать. В сущности, нам придётся просто насыпать очередной холм где-то в окрестностях.
– Если хочешь, я могу заняться превращением именно этого города в туристический аттракцион. – предложил Берти – По некоторым причинам нам с Присси нежелательно возвращаться в Англию ближайшие год-два.
– Почему? – живо отреагировал князь Игорь – Я знаю, что у «Айсберга» начались нешуточные проблемы, но, ведь если взяться всерьёз, корпорацию можно спасти.
– Нельзя её спасти. Дело в том, что покойный сэр Хьюго подмял под себя финансовый департамент «Айсберга» и бесконтрольно тратил деньги, причём не только доходы. Он транжирил оборотные средства и даже основной фонд. После его скоропостижной смерти всё вскрылось, но что-либо делать было поздно. Помните историю войн за Испанское наследство? Совсем, как в те времена, нынче в Англии дерутся за наследство «Айсберга», но мы не желаем быть участниками крысиных боёв.
– На время оставим грустные разговоры, друзья мои! – оптимистичным тоном сказал Александр – Мы подошли к парадным дверям дворца, как видите, их немного расчистили, и даже такого маленького фрагмента, представленного на обозрение достаточно, чтобы осознать великолепие сооружения. Вообразите, что мы увидим, когда расчистим всё в полном объёме и разобьём вокруг шикарный парк!
Перед дворцовыми дверями траншея перешла в довольно большое расчищенное пространство, позволяющее увидеть дверной портал и часть стены. Камень был покрыт красивым растительным орнаментом, необычным для мезоамериканской культуры. – Обратите внимание, дорогие коллеги-первооткрыватели, насколько отличается здешний орнамент от того, что мы с вами видели во всех сооружениях майя, встреченных нами ранее.
А вот двери, изготовленные из некогда прочного и красивого дерева, совершенно сгнили. Ещё можно было разобрать богатый резной орнамент, но гниль и древоточцы практически превратили произведение искусства в труху.
– Парадные врата мы сфотографировали во всех возможных ракурсах, и я надеюсь, что нам удастся создать их копию.
– А какое дерево использовалось при создании ворот? – спросила принцесса Химэ.
– Квебрахо. Специалисты определили видовую принадлежность дерева. Мои агенты уже начали заготовку древесины, а это вовсе не просто: в переводе с испанского слово квебрахо, вернее это два слова, означающие «ломай топор». Впрочем, это уже технические детали.
Вошли внутрь, и по широкой, но невысокой, всего в десять ступеней лестнице, поднялись в зал, где уже побывал Александр. В потолке дальнего конца зала виднелось отверстие, куда он провалился – сквозь дырку падал яркий солнечный луч. В помещении уже были расставлены светильники, позволяющие рассмотреть убранство. Группа пошла по периметру зала, осматривая стены, пол и потолок: здесь было на что посмотреть. Рельефная резьба на стенах была великолепна, а мозаика пола необычайна.
– Мозаичный пол напоминает византийские и римские образцы, но очень отдалённо. – сказала Маргарет, дочь Агаты.
Сегодня она впервые озвучила своё мнение в этой компании.
– Вы полагаете, что имеет место заимствование? – живо заинтересовался Берти.
– Нет, не думаю. Материал и архитектурная задача диктуют свои ограничения и приёмы, иногда они совпадают, иногда разнятся от местности к местности и от эпохи к эпохе.
– Мудрое суждение.
Обошли зал, осмотрели прилегающие помещения, и, наконец, Александр скомандовал:
– Судари и сударыни, прошу вооружиться металлоискателями, на этот раз для всех хватит отдельных комнат, выбирайте, кто и где будет работать.
По уже сложившейся традиции дамы и господа вслепую потянули бирки с номерами из чёрного мешка, и знатные исследователи разошлись по объектам.
На этот раз больше всех повезло Маргарет и Эвелин. Им достались два помещения рядом, и девушки, с детства приученные к совместной работе, стали в четыре руки, помогая друг другу, а иногда и подстраховывая, обследовать сначала одну, а потом другую комнату. В места, откуда шел сигнал, они втыкали колышки с флажками, а работники Александра под прицелом кино и фотокамер вынимали камни и извлекали из ниш сохранившиеся сокровища.
