— Не, не надо… — с сомнением мотнул головой Андрей.
— А чего? Я ж говорю, жениться тебя никто не заставляет, а так — сходили бы куда-нибудь вчетвером, в кафешку какую-нибудь. Побалдеть, потанцевать…
Андрей скептически скривил губы:
— Да не, Ромыч… Понимаешь, просто не хочется через Светку твою. Вдруг, чего не так пойдет… Знаешь, будут потом трепаться, кости перемывать…
— А-а… Ну, как знаешь… Может, ты и прав.
Роман сдвинул в сторону лежавшую перед ним довольно уже большую горку того, что осталось от съеденных рыбешек. Всмотрелся в открывшуюся газету.
— Во! — широко улыбнулся он. — А давай тебе через газету кого-нибудь найдем!
На том месте, где только что лежали рыбьи головы, хребты и чешуя, под заголовком «Знакомства», в несколько колонок были напечатаны соответствующие объявления.
— Да ну… Смеешься? — усмехнулся в ответ Андрей. — Чего я, совсем убогий, что ли?
— А что там, одни убогие, по-твоему?
— Ну а кто ещё? Кто так себе никого найти не может, вот и дают объявления, а другие пишут им.
— Не знаю… Всякие, наверное, бывают. Я слышал, им там пачками письма шлют, а они потом сидят и выбирают, кто получше, — Роман наклонил голову к газете. — Во, смотри: «Двадцать шесть лет, рост сто семьдесят три сэ-мэ, шатенка, материально самостоятельная. Познакомлюсь с мужчиной двадцать семь тире тридцать пять лет…» Так, ну тут ты не подходишь, тебе же двадцать пять пока?
— Ну да… И про рост, главное, пишет, а про вес нет. А то, может, там тоже сто семьдесят три… Только кило́…
Парни захохотали.
— Смотри, вот ещё… — Роман, отставив кружку с пивом в сторону, водил пальцем по газете.
— Да ладно ты, Ромыч, хорош ерундой маяться! Пиво лучше пей.
— Ничё не ерундой! Сейчас найдем тебе подругу жизни, а пиво никуда не денется, — того, похоже, и впрямь заинтересовали объявления. — Вот, слушай: «Девушка, двадцать пять лет, желает встретить друга жизни». Гм… и всё, ни слова больше. «Абонент сто семнадцать». А цвет волос, рост, вес? Всё при личной встрече? Или вот ещё смотри: «Интересная женщина, блондинка, двадцать шесть лет, хочет познакомиться с интеллигентным мужчиной…», — он поднял глаза на Андрея. — Дюша, ты же интеллигентный?
— А то! — усмехнулся тот.
— Во-от, и я говорю… Значит, подходишь, — Роман снова опустил глаза в газету. — «…материально самостоятельным, ростом не ниже ста семидесяти пяти сэ‑мэ. Была замужем, имею сына трех лет».
— Не-не-не… — замотал головой Андрей. — Ты чего, смерти моей желаешь?
— Да ладно, ладно… Вычеркиваем! Главное, в самом конце про это пишет. А то сначала — блондинка, туда-сюда… Так, дальше поехали: «Мне двадцать восемь, вэ-о3…».
— Не, — сразу перебил Андрей, — с «вэ-о» тоже не надо. У меня-то «вэ-о» нет, будет смотреть сверху вниз, типа, самая умная.
— Ладно, с «вэ-о» тоже пропускаем. Вот, слушай! «Средне-специальное медицинское, рост сто шестьдесят шесть, двадцать четыре года, без вэ-пэ…».
— Без какого ещё «вэ-пэ»? — не понял Андрей.
— Не какого, а каких — без вредных привычек…
— А-а… понятно…
— «Познакомлюсь с мужчиной близкого возраста для серьезных отношений. Абонент номер сто шесть». А? Как тебе? Средне-специальное медицинское, это медсестра, что ли?
Андрей отхлебнул пива:
— Не знаю, наверно.
— Ну вот… Своя врачиха дома будет.
— Не врачиха, а медсестра.
— Да какая разница? Главное — медичка, вылечит, если что…
— Ага… Поди, страшила какая-нибудь.
— Да почему?! — поднял брови Роман.
— Ромыч, ну ты сам подумай, какая девчонка в двадцать четыре года, да ещё и медсестра, будет объяву в газету о знакомстве подавать? Наверняка, на которую никто и не посмотрит.
— Ну, не знаю… Может, сильно скромная какая‑нибудь. Всякие бывают.
— Да ладно, фиг с ними! — Андрей снова разлил пиво по кружкам. — Давай, лучше, о чем‑нибудь другом поговорим…
— Может, покурим пойдем? — предложил Роман.
— Пошли покурим…
Часа через два Роман ушел. Андрей отдал ему три пустых «полторашки» из‑под пива с просьбой выбросить их в мусорку на улице. Когда стал заворачивать в газету рыбьи остатки, чтоб убрать их в мусорное ведро, вдруг остановился. Сдвинув кости и чешую в сторону, нашел глазами нужное объявление и прочитал вслух:
— Абонент номер сто шесть.
«А может, и вправду, попробовать написать? — мелькнула мысль. — Так-то, вроде, нормально всё: рост сто шестьдесят шесть, двадцать четыре года. Чем черт не шутит? Вышибить клин клином». Впрочем, писать было не обязательно, издание было местное, можно было просто зайти в редакцию. Завернув угол газеты, он прочитал на последней странице адрес, глянул на номер. Подумал: «Нет, лучше записать, а то забуду». Выйдя в коридор, взял лежавшую у телефона ручку и написал на листке бумаге: «Абонент 106, «Панорама» № 25 от 16.06.93 г».
В редакцию газеты «Панорама» Андрей зашел уже в понедельник, убежав с работы в обеденный перерыв. Спросив у вахтера, где находится нужный ему кабинет, он поднялся на третий этаж, подошел к двери и, вдруг заволновавшись, остановился. «Как там сказать-то правильно?» — сдвинул он брови, взявшись за разболтанную ручку поцарапанной лакированной двери.
