Я сидел в темноте, глядя на эти слова на экране. Впервые за долгие годы я, Андрей Воронцов, системный архитектор, человек, чья жизнь была построена на поиске ошибок в чужих системах, нащупал самую главную.
В своей собственной.
Я строил идеальный механизм, но игнорировал призраков, живущих в его шестеренках.
Я пытался создать идеальную команду, не понимая людей, из которых она состояла.
В тишине пустой квартиры, я наконец-то осознал, что величайшая уязвимость моей системы — это я сам.
Офис «ПиксельХаба» в пятницу после обеда был похож на заброшенный вокзал.
Монотонный гул системных блоков все еще висел в воздухе, но в нем уже не было прежнего рабочего напряжения. Он стал ленивым, сонным. Стрелки часов, казалось, ползли по циферблату с вязкостью холодной патоки, отсчитывая последние, самые мучительные часы перед выходными.
Вся моя работа была сделана. Отчет по «Радостной Розовой Свинке», приправленный яркими, но бессмысленными графиками, был сдан еще вчера. Начальство, удовлетворенное наличием «презентабельного» документа, убыло на какое-то выездное корпоративное мероприятие, а это означало, что новых, срочных задач не поступит как минимум до понедельника.
Навел идеальный порядок в своих цифровых папках, ответил на несколько рутинных писем, помог Маше с зависшим Excel-файлом. И все. Делать было решительно нечего.
Откинувшись в кресле, я глядел на свой безупречно чистый рабочий стол. Обычно такое состояние профессионального вакуума вызывало у меня глухую тоску, ощущение бесполезно потраченного времени. Но сегодня было иначе. Пустота в реальном мире была лишь холстом, на котором мой мозг уже рисовал схемы и карты другого, куда более важного мира.
Этерия.
Мысли сами собой переключились с унылых офисных пейзажей на залитые солнцем просторы Золотых Холмов и темные, гулкие залы Подгорода. Впереди был вечер пятницы и два полных, свободных дня. Куча свободных часов, которые можно было посвятить не анализу свинок, а решению настоящих, сложных задач.
Команда… Команда была на паузе. Раскол оставил глубокую рану. Олег покинул наш секретный чат в тот же вечер, коротко и без объяснений. Просто исчез, как и из таверны. Кира и Михаил, хоть и остались, были подавлены. Наша синергия, наше хрупкое единство, которое мы так тщательно выстраивали, было разбито.
Можно ли попробовать без него? Без Олега?
Я прокручивал в голове наши недавние бои. Кира — наше жало, Михаил — наш дух. Я — мозг. Но без Олега, без нашего щита, мы были уязвимы. Любая серьезная стычка, любой враг, способный прорваться сквозь наш контроль, и мы рассыплемся, как карточный домик.
Фармить низкоуровневых мобов? Возможно. Но это временное решение. Это оттягивание неизбежного.
Искать нового танка? Эта мысль была неприятной, как скрежет металла по стеклу. Олег был не просто функцией. Он был частью команды. Заменить его — казалось предательством. Даже несмотря на то, как он ушел.
Да и где искать? На досках объявлений, как все?
«Ищу танка в группу для сложных, нестандартных квестов. Умение думать обязательно, слепое следование „чести“ — не приветствуется»?
Абсурд.
И все же, сидеть сложа руки я не мог. Бездействие — это болото. Я чувствовал, как начинаю погружаться в него здесь, в этой стерильной тишине. Банда Костоправа. Холодный взгляд Консула. Двери Подгорода. Все эти нити требовали действия, а не пассивного ожидания.
