Я сидел за своим рабочим столом, но экран был выключен. Вместо того чтобы прорабатывать маршруты и анализировать данные, я просто смотрел в темноту, прислушиваясь к гулу системного блока и отдаленному шуму ночного города. В голове царил неестественный штиль. Затишье перед бурей.
Мои мысли снова и снова возвращались к плану. Запланированная вылазка в Храм была не просто очередным данжем. Это был первый шаг в новой, куда более сложной и опасной партии. Партии, где на кону стояло не просто снаряжение или опыт, а сама целостность нашей маленькой команды.
Тишину прорезала резкая, деловая трель вызова. Не мессенджер. Смартфон.
Я вздрогнул. Номер не был скрыт, но не определился по базе. Приятный номер, состоящий преимущественно из семерок.
Мой первый инстинкт — сбросить. Не брать. Игнорировать. Я уже привык, что большая часть таких звонков — простой спам. Прислушавшись к себе, я понял, что хочу узнать кто это звонит. Мне было интересно.
Я принял вызов, включив громкую связь, но не произнося ни слова.
— Андрей Игоревич? — Голос на том конце провода был женским. Мягким, бархатистым, с идеально выверенными интонациями. Голос, который мог бы принадлежать ведущей новостей или диктору, зачитывающему аудиокниги. — Меня зовут Анна Орлова. Я представляю компанию «ГлобалКорп». Надеюсь, я не отвлекаю вас от важных дел?
«ГлобалКорп».
Название ударило, как разряд дефибриллятора. Если «НейроВертекс» был амбициозным, выскочкой, пробившим себе дорогу в высшую лигу, то «ГлобалКорп» была самой этой лигой. Гигантская мегакорпорация, чьи интересы простирались от биотехнологий до аэрокосмической отрасли. Нейро-VR игры были лишь одним из десятков их департаментов, и даже там они были прямым и самым крупным конкурентом «НейроВертекса».
Что им то от меня нужно?
— Слушаю вас, Анна, — ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно и немного устало. Как будто меня оторвали от чего-то скучного, но важного.
— Прекрасно. Андрей Игоревич, я не буду ходить вокруг да около. Нам стало известно, что вы недавно рассматривали предложение о сотрудничестве от компании «НейроВертекс».
Это был не вопрос. Это была констатация факта. В моей жизни больше не было герметичных отсеков. Все как на ладони для любого интересующегося.
— Мы в «ГлобалКорп» считаем, что специалист вашего уровня заслуживает лучших условий, — ее голос сочился медом. — Поэтому я звоню вам с контрпредложением.
— Мне уже сделали весьма щедрое предложение, — осторожно заметил я.
— Мы знаем, — в ее голосе не было и тени сомнения. Похоже, она действительно знала цифру. Видимо, в «НейроВертексе» была утечка. — Поэтому наше предложение очень простое. Мы удваиваем сумму, которую вам предложили они. Какой бы она ни была.
Я молчал. Это был не просто ход в переговорах. Это была демонстрация силы. Грубая, неприкрытая демонстрация финансовых мускулов. «НейроВертекс» пытался купить меня. «ГлобалКорп» показывала, что может купить сам «НейроВертекс» вместе со всеми потрохами.
— Более того, — продолжала она, не давая мне опомниться, — мы предлагаем вам не просто позицию ведущего аналитика. Мы предлагаем вам возглавить ваш собственный отдел. Отдел исследований и разработок в области адаптивных ИИ и процедурной генерации контента. Свой бюджет, своя команда, полная творческая свобода. Первые два года — никакой коммерческой нагрузки. Чистый RnD. Ваша личная «песочница».
«Песочница».
Это слово было ключом. Словно [Взгляд Аналитика] из игры сработал в реальном мире, подсветив эту единственную фразу убийственной, неоновой вывеской. Они не просто изучили мое резюме. Они изучили меня. Они знали про «Ковчег». Они знали, что я ушел из «НейроВертекса» именно из-за отсутствия творческой свободы. Они не предлагали мне работу. Они предлагали мне мою несбывшуюся мечту.
А так же я понял, что это на самом деле. Это был не просто хедхантинг. Это был промышленный шпионаж в чистом, незамутненном виде. Они не хотели, чтобы я создавал для них новый ИИ. Они хотели, чтобы я помог им вскрыть и скопировать тот, что уже существовал. ИИ «Этерии».
— Звучит… впечатляюще, — медленно произнес я, выбирая слова.
— Мы считаем, что таланты вашего уровня должны иметь соответствующие ресурсы для самореализации, — бархатно закончила она. — Мы можем встретиться в нашем офисе в любой день, когда пожелаете, либо, если вам будет удобнее, на любой нейтральной территории. За наш счет, разумеется.
Никакого давления. Никаких кнутов. Только огромные, сладкие, идеально испеченные пряники. И это было страшнее любых угроз Олега Макарова. Олег пытался загнать меня в клетку. Эти же люди строили для меня золотой дворец, надеясь, что я сам запрусь в нем изнутри.
— Анна, ваше предложение… крайне неожиданно. Мне нужно время, чтобы это обдумать.
— Разумеется, Андрей Игоревич, — ее тон не изменился ни на йоту. — Мы не торопим. Подумайте. Когда будете готовы, просто дайте мне знать. Мой номер у вас определился?
— Да, конечно, внесу его в телефонную книгу. Спасибо за звонок.
— Всего доброго.
