Слишком поздно. Пока они пытались перегруппироваться, Праведник уже превратил второго воина в кровавую кашу. Вспышка, освободившись от паралича, наконец-то смогла развернуться в мою сторону, ее руки уже пылали огнем.
— Готовься гореть, крыса! — прокричала она.
Но Кира уже была на новой позиции. Короткий свист арбалетного болта, и маг огня захрипела, схватившись за горло. Эффект [Парализующего болта] сработал идеально.
И тут же из радужного тумана, словно безумный демон, вырвался Бошка, его глаза горели восторгом разрушения.
— Инквизиция решает! Кал Вас Флам! Ин Флам Грав! — заорал он, и с его посоха сорвался не только огненный шар, но и целый рой шипящих, призрачных черепов, которые вцепились в парализованную Вспышку, пожирая ее хп, ману и здоровье.
Последний рядовой «Мясник», оставшись один на один с Праведником, попытался сделать единственное, что мог — героически погибнуть. Он с ревом бросился на паладина. Но его встретил не молот, а оглушительный взрыв у него под ногами. [Огненная ловушка], которую я незаметно поставил, пока все внимание было приковано к Вспышке.
Последний воин из поддержки Костоправа взлетел в воздух и тяжело рухнул на землю, рассыпаясь в пиксели.
Тишина. Густой, радужный туман медленно рассеивался, открывая сцену полной и безоговорочной победы. Последним на ногах оставался только Костоправ. Он стоял посреди пещеры, окруженный исчезающими телами своих соратников, и его огромный топор бессильно опустился.
Костоправ поднял голову, и из-под его рогатого шлема на меня уставились два уголька чистой, концентрированной ненависти. Он проигнорировал Праведника, который уже двигался к нему, поднимая молот для последнего удара. Он смотрел на меня. На архитектора его унижения.
— Ты… — прорычал он. — Ты покойник. Тебе не жить спокойно в этой игре.
Он рванулся на меня. Это было опасно, он был на десяток уровней выше, его доспехи и оружие были несравнимо лучше. Но в этот момент в голове промелькнула веселая, безумная фраза Бошки: «…а потом можно обрушить на них потолок. Фигурально выражаясь. Или буквально».
Я не стал активировать [Взгляд Аналитика]. Я просто посмотрел вверх. Мой мозг, уже привыкший искать паттерны и аномалии, зацепился за деталь, которую я заметил еще при первом осмотре пещеры. Небольшая трещина в потолке, прямо над центром поляны. Едва заметное провисание огромной каменной плиты, ослабленной веками капающей воды. Не баг. Просто особенность архитектуры.
Пока Костоправ несся ко мне, я уже плел заклинание. Не элегантное, не точечное. Грубое и мощное. Я не модифицировал его. Я просто влил в базовый [Магический снаряд] всю доступную ману, превращая его из камня в ядро для катапульты. Сгусток чистой, нестабильной энергии сорвался с моих пальцев и ударил точно в трещину на потолке. На миг ничего не произошло. А потом по своду пещеры побежали десятки трещин.
Огромная, многотонная плита с оглушительным скрежетом оторвалась и рухнула вниз.
Костоправ в своем последнем рывке успел поднять голову. Я увидел, как в прорезях его шлема отразился ужас. Он был воином, готовым умереть в бою, но не от обычного булыжника. Он даже не успел вскрикнуть. Каменная плита накрыла его, как могильная. Раздался глухой, влажный удар, и полоска его здоровья, до этого полная, просто исчезла.
Наступила абсолютная тишина, нарушаемая лишь потрескиванием последних огоньков моей огненной стены.
И тут же локальный чат взорвался.
Я непонимающе уставился на сообщение. Видео? Какое еще видео? Я еще ничего не выкладывал.
Обернулся к своим.
— Кто-то из вас записывал? — спросил я.
Кира и Михаил отрицательно покачали головами. Праведник даже не обратил на мой вопрос внимания.
— А, это я! — радостно сообщил Бошка, выходя из-за укрытия и отряхивая свою синюю мантию. — У меня есть свой канал, «Иммолейт Этери». Я туда почти все лью, с небольшой задержкой. Мало ли что интересное встретится. А это, — он оглядел поле боя, заваленное лутом и одной огромной плитой, — это получилось очень интересно!
