Переплетения 2 полностью

1. Видеозапись, демонстрирующая систематическое использование эксплойтов механики рендеринга и коллизий объектов членами гильдии «Гильдия Мясников». В частности, задокументированы атаки сквозь текстуры и манипуляции с хитбоксами оружия.

2. Логи транзакций с Аукционного Дома Лирии-Порта за последние две недели. Они наглядно демонстрируют схему искусственного завышения цен на ресурс [Сердцевинная Руда] через фиктивные закупки, производимые игроком с ником «Ламборджини».

3. Скриншоты, сделанные во время приватного мероприятия в поместье «Солнечный Гребень». На них отчетливо видна фигура в мантии с игровым ником «Консул», ведущая переговоры с Марко Валетти.

4. И, наконец, анализ связей, который неопровержимо доказывает, что «Ламборджини» и «Консул» являются аватарами одного и того же пользователя, а «Гильдия Мясников» действует под их прямым руководством, получая финансирование и прикрытие.

Я полагаю, эти материалы могут стать основой для очень серьезного внутреннего расследования. Или для очень громкой статьи на ведущих игровых порталах. Дай знать, какой из вариантов тебе предпочтительнее.

С наилучшими пожеланиями,

Андрей Воронцов.

Я нажал «Отправить».

Ход был сделан. Это был ультиматум, обернутый в вежливую корпоративную форму. Я не просил, не угрожал. Я просто выложил на стол заряженный пистолет и предложил ему выбрать, в какую сторону его направить.

Ответ не заставил себя ждать. Не прошло и минуты, как мой телефон, до этого молчавший, яростно завибрировал.

Звонок. Олег Макаров.

— Андрей? — его голос был напряжен, как струна. Исчезла вся фальшивая любезность, вся снисходительность. Осталось только чистое, неприкрытое… возбуждение. Это было не волнение загнанного в угол человека. Это был азарт игрока, который понял, что ставки только что взлетели до небес.

— Олег, привет, — ответил я ровным, слегка уставшим тоном. — Прости, что так поздно. Посмотрел?

— Да. Твое письмо, — он говорил быстро, отрывисто. — Это… это очень интересные данные, Андрей. Очень. Я думаю, нам нужно это обсудить. Немедленно.

— Сейчас поздно, Олег. Да и у меня завтра сложный день, давай после работы?

— Завтра, — почти приказал он. — Завтра вечером. Встретимся в том баре, помнишь, «Старый Фрегат». Поговорим. Просто поговорим.

Он уже не играл роль топ-менеджера. Он играл роль человека, которому отчаянно что-то нужно.

Моя информация была не просто компроматом на Нейровертекс. Она была ключом к какой-то его собственной, куда более крупной игре внутри компании.

— Хорошо, — согласился я. — Завтра вечером. Во «Фрегате».

Я повесил трубку. Радость от вечера в игре сменилась пьянящим триумфом.

Утро вторника в «ПиксельХабе» пахло проигранной войной и дешевым кофе.

Я сидел за своим столом, медленно потягивая горькую жидкость из кружки с логотипом давно закрытой игры. Вокруг меня офис постепенно наполнялся жизнью, если можно было так назвать это сонное, механическое движение. Монотонная какофония щелчков клавиатуры, гудение системных блоков, приглушенные разговоры у кулера — саундтрек корпоративной безнадеги. Я неспешно щелкал мышкой, перемещая столбцы в таблице по эффективности розовой свинки. Мои движения были медленными, расслабленными. Я был актером, который уже знал свою роль в сегодняшнем спектакле и просто ждал выхода главного антагониста.

И он не заставил себя ждать.

Дверь в наш опенспейс не открылась. Она взорвалась внутрь. На пороге стоял Олег Марков, и он был похож не на успешного топ-менеджера, а на берсерка, только что потерявшего в бою ценный лут. Его идеальный костюм был помят, галстук сбит набок, а лицо, обычно холеное и самоуверенное, было багровым от ярости.

— ГДЕ ОНИ⁈ — проревел он, и его голос, усиленный офисной акустикой, заставил вздрогнуть даже самых сонных программистов.

Двое младших аналитиков из его отдела, сидевшие ближе всего к входу, испуганно вжали головы в плечи. Они были его «новичками». Его «салагами».