… Вечером того же дня, спустя некоторое время после окончания последнего поединка, вокруг пьедестала собрались победители Битвы сильнейших.
Ир’Тум убрал руку от лица, на котором красовался свежий шрам через бровь и щеку — последний удар его противника, который сильно повредил ему глаз. Лишь стараниями шаманов удалось его спасти и немного ускорить заживление раны. Однако, даже несмотря на возможную потерю глаза, он не испытывал зла на Ар’Рурга. Он показал ему свою решимость, сражаясь до самого конца, невзирая на многочисленные переломы и раздавленную одним из последних ударов ногу. Ир’Тум испытывал к нему неподдельное уважение и пообещал себе, что передаст всю ярость Ар’Рурга бледнокожим, когда настанет время…
Он невольно перевел взгляд на то место, где еще недавно стоял идол племени Темной Ночи. После смерти Воина этого племени он начал трескаться и рассыпался на мелкие кусочки, впрочем, тело Ар’Рурга постигла похожая судьба — оно рассыпалось в пыль и смешалась с песком на дне ритуальной ямы. Сейчас же по ее краям, позади оставшихся идолов, стояли шаманы. Настала последняя часть ритуала, приготовления к которому начались раньше, чем родился самый старой орк в степи из ныне живущих.
Снова начал появляться кровавый туман, однако на этот раз со времен он становился все плотнее, а вот кровь в чаще стремительно убывала. Рисунки на их телах теперь были просто светящимися красными линиями, потеряв все признаки того, что они были кем-то нарисованы.
Туман становился все плотнее, и вот уже Ир’Тум не мог разглядеть стоящих рядом с ним орков, а дышать становилось все труднее, словно бы при погружении в воду. И вот, когда вдохнуть было уже практически невозможно, туман начал рассеиваться, вот только ощущения никуда не делись.
Ир’Тум проследил за оставшимися клочками тумана и заметил, что они входят в красные линии на его теле, а затем, когда туман окончательно исчез, он почувствовал, словно внутри него плещется целая река, которая ищет выход. И выход этот был сверху.
Он запрокинул голову назад, подчиняясь внутреннему чувству, и смог наконец глубоко вдохнуть. Вот только на выдохе красный туман полился из его рта, устремившись вверх, а затем изогнулся, направляясь к идолу его племени. Это было последнее, что он смог увидеть, прежде чем красный туман пошел из его глаз…
…Ир’Тум пришел в себя, когда его лица коснулись первые лучи рассветного солнца. Пусть он и был истощен после ритуала, однако он был жив, что не могло не радовать. Шаманы говорили, что слабые не смогут пережить последнюю его часть, и раз он смог, то слабым не является. Не его лицо сама собой налезла довольная ухмылка, и тут же исчезла, потревожив рану. Когда боль прошла, Ир’Тум с удивлением ощутил слабое покалывание в своем пострадавшем глазу, которого не было при начале последней части ритуала…
Со дня преобразования Древа Рождения прошло уже около половины месяца, которые я потратил на завершающие штрихи в этом маленьком представлении, которое вышло вполне себе удачным.
После долгих размышлений о способах расшевелить общину дриар, я вспомнил об одном из стимулов развития цивилизаций — дефицит ресурсов, вот только сам по себе он возникнуть никак не мог, а значит надо было его устроить. Что я, в общем то, и сделал, временно уменьшая плодородность фруктов и затрудняя попытки ее восстановления. Разумеется, пришлось посвятить Хранителя в свои планы, а также убедить его в необходимости подобных действий по отношению к его народу.
Впрочем, когда стали подходит сроки о восстановлении работы Древа Рождения, Фарнаал предложил мне свой вариант, а именно — дать его отцу шанс стать частью леса слившись с Древом. Этот вариант тогда показался мне странным, однако я все же на него согласился с тем условием, что большую часть работы будет делать именно он, а я же, в свою очередь, научу его нужным для этого действиям и проведу завершающие этапы, связанные с временной привязкой души старика к новому вместилищу на тот же срок, который в среднем проводят в этом состоянии его потомки, что, по моим расчетам, составит лет двести или триста. Думаю, не стоит говорить, что Хранитель согласился с моим предложением.
Также, помимо плетения интриг против дриарского народа, я все же использовал
