— Да, — отвечаю я, — у него есть план, но об этом пока никто не знает. Может быть, Марсель хочет, чтобы мы его считали мёртвыми, ведь так легче будет привести план в действие.
— Скорее всего, ты права, — соглашается со мной Ребекка. — Спасибо, что успокоила меня.
Я улыбаюсь.
— Давай здесь немного посидим, — просит Ребекка. — Ты не против?
— Нет, — отвечаю я.
— Хорошо.
Ребекка встаёт с дивана и направляется к противоположному выходу.
— Я сейчас приду, — говорит она мне, — проверю ещё несколько комнат.
— Хорошо, — отвечаю я.
— И, Хейли, старайся не попадаться на глаза вампирам, — напоминает Ребекка. — Они могут услышать тебя.
— Я знаю, — говорю я.
Ребекка уходит. Я облокачиваюсь о диван и глубоко вздыхаю. Тело ещё болит после побоев, но боль терпеть можно. Я стараюсь не обращать на это внимания. Я закрываю глаза и на секунду представляю, что я дома. В Австралии. Представляю остров Мако. Представляю, как я в нём плаваю в обличии русалки. Я скучаю по этой сущности. Мне хочется вернуть её. Это немного странно. Когда я в первый раз увидела свой хвост, то чуть не упала в обморок. Я не могла крикнуть, голос просто пропал. Глаза округлились, рот раскрылся. Сердце забилось бешено. Я машинально начала больно щипать себя, чтобы проснуться… Но это не было сном. Я закрывала глаза и резко их открывала, но хвост не пропадал. Я не могла позвать маму из-за пропавшего голоса, но этого и не стоило делать. Если бы мама увидела мой хвост, то тут же лишилась чувств. Как странно, что я тогда не упала в обморок. Такой шок длился почти пять минут. За это время я постепенно начала привыкать к хвосту. Он был длинным, чешуйчатым, золотым. Красивый. Но не для меня. Я думала, что попала в какую-то сказку… В другой мир, другую вселенную. Никак не хотелось верить в то, что я нахожусь в реальности. И как потом оказалось — мои подруги тоже обрели эти хвосты. Я долго пыталась понять, на кого я похожа. А потом на ум пришло такое давно знакомое мне слово: «русалка». Я долго не могла представить, что я стала одной из них. И я совсем не была рада этому. Я понимала, что это полностью разрушит мою жизнь. Я не могла нормально контактировать с водой, и моей мечте не суждено было сбыться. А мечта заключалась в том, что я очень хотела работать в бассейне с дельфинами. Но этому не суждено было сбыться. Тогда я прокляла свою сущность. Я очень хотела вернуть всё назад и стать обычным человеком. Рикки и Белла приняли новых себя и полюбили свою сущность. Эмма привыкла, а я… Я долго не могла это принять… Пока мне не довелось поплавать с дельфинами в открытом море. И тогда моя мечта, можно сказать, сбылась. Я была необычной, могла очень быстро плавать, дышать и видеть под водой, изучать все тайны морских глубин. У меня были способности: я могла контролировать воду. И тогда я полюбила новую себя. Теперь моей мечтой было навсегда остаться русалкой и жить в море. К сожалению, эта мечта не сбылась. Я лишилась этой способности. Надо было ценить этот дар. Но я поняла это слишком поздно. Теперь мне не вернуть прежнюю себя. Отныне я оборотень. Теперь я частично волчица. Может быть, когда я активирую проклятье, мне понравится эта сущность? Если я полюбила себя русалкой, то и в обличии оборотня полюблю. Пока это неизвестно. Я не хочу активировать проклятье. Не хочу убивать невинного человека. Кто им может стать: обычный прохожий турист или какой-нибудь оборотень? Кем бы он ни был, я не могу убить его. Не понимаю я, как Майклсоны могут убивать своих врагов. Сама мысль об убийстве ужасна…
Мою мысль нарушает стук в дверь. Я нервно вздрагиваю. Кто может постучаться? Ребекка? Вряд ли. Вампиры? Тоже вряд ли, они бы зашли сюда, не церемонясь. Сердце начинает гулко биться. Мне страшно представить, кто может стоять за этой дверью. Майклсоны? Марсель? Я слышу ещё один стук. Уже настойчивый. Я встаю с дивана и на ватных ногах добираюсь до двери. Ещё один стук. Я глубоко вздыхаю и дрожащей рукой протягиваюсь к ручке двери. Открываю. И я готова закричать то ли от радости, то ли от удивления. Меня трясёт.
— Клео?
Рикки настойчиво заходит внутрь и закрывает дверь. Она немного раздражена, в глазах блестят огоньки. Я молчу и крепко обнимаю подругу. Как она здесь оказалась? Как нашла меня именно в этом месте? Но в её объятиях мне становится тепло и я чувствую себя прежней Клео. Рикки отходит от меня и строго говорит:
— А теперь объясни мне, что здесь происходит?
Я смотрю на Рикки. Она изменилась. Она стала старше и красивее. Я не узнаю я в ней ту буйную Рикки, которая всегда искала приключения. Вместо неё красивая, уверенная в себе восемнадцатилетняя девушка. Она повзрослела. И как же я скучала по ней.
— Рикки, послушай меня, — начинаю я.
— Почему ты и Эмма покинули нас? — срывается Рикки. — Вы ушли сразу после того, как встретили того мулата. Что он вам сказал?
— Рикки…
— И пыталась успокоить нас… — хмыкает Рикки. — Сначала Эмма прислала сообщение, что с вами всё хорошо, потом ты как-то подкинула записку, где просила не ехать за вами…
— Как ты попала сюда? — спокойно спрашиваю я.
