Она знала, что она могла сделать это. Она должна была сделать это.
— Отпусти меня, Майк!
Она кричала так громко, что птицы в панике улетели с деревьев над их головами.
— Нет, Эл, ты слышишь меня? Ты туда не пойдёшь! — воскликнул он.
— Он не заслуживает жить! — закричала она. — Он хочет причинить боль каждому, кого я люблю! Я должна остановить его!
— Я знаю, Эл! Я знаю, что он сделал! — воскликнул он, притягивая её ближе.
Неожиданно она потеряла равновесие, и они оба споткнулись, падая на землю. Он притянул её к себе на колени, удерживая её так крепко, будто он никогда не хотел отпускать её.
Она всхлипнула, больше не сопротивляясь, и уткнулась лицом ему в грудь, заставляя его футболку промокнуть от слёз и вдыхая его знакомый аромат.
Звук его сердцебиения эхом раздавался в её ушах.
Она плакала из-за всего, о чём она размышляла: из-за многих лет использования, из-за отношения, как к животному. Она плакала, потому что её детство было отобрано.
— Он заслуживает умереть за то, что он сделал с твоей мамой или с другими детьми… За то, что он сделал с тобой… — продолжил он, а его голос задрожал на последних словах.
Она выпустила прерывистых вздох, зажмуривая глаза крепче, а её руки отчаянно стискивали его футболку.
—…но не так, Эл, — тихо сказал он, целуя её в лоб. — Не так.
========== #2 …alone with you… ==========
— Давай отведём тебя домой, ладно? — спросил Майк.
Эл медленно кивнула, по-прежнему всхлипывая в его руках.
Майк зарылся носом в её кудри, зажмуривая глаза, из-за чего больше слёз покатилось по его щекам.
Он желал, чтобы он смог забрать её боль.
~~~
— Снято! — воскликнул Шон. — Отличная работа, детишки! Это было… Это было изумительно, серьёзно, — сказал он, загипнотизированный их работой.
На съёмочной площадке была тишина. Эта сцена была такой сильной, такой трогательной, что никто не знал, что сказать.
Финн посмотрел вниз, на Милли, которая всё ещё стискивала его футболку. Она не могла перестать плакать, а её спина дрожала с каждым прерывистым вздохом.
— Миллс? — тихо спросил он, успокаивающе поглаживая её по спине маленькими кругами.
Она отрицательно покачала головой, не говоря ничего. Она была выдохшейся после всех эти криков, после этой ссоры и плача…
Она просто хотела проплакать до тех пор, пока слёзы не закончатся. Но была одна вещь, которую она действительно хотела, — это остаться в руках Финна, просто слушая его сердцебиение, не заботясь ни о чём.
Она никогда в своей жизни не чувствовала себя в такой безопасности. И он, казалось, понимал это, потому что он обнял её покрепче.
— Милли? Ты в порядке? — Шон подошёл к ним, видя, что они всё ещё не встали с земли.
Она легко кивнула, её глаза были крепко зажмурены, а лицом она по-прежнему зарывалась Финну в грудь.
— Я позабочусь о ней, — сказал Финн, утирая свои слёзы тыльной стороной руки и осторожно поднимаясь.
— Ты уверен? Мы…
— Да, — твёрдо сказал он, вытягивая Милли за руки, помогая ей подняться.
Они пошли по направлению к своему трейлеру, а его рука обхватывала её, пока они поднимались по лестнице и заходили внутрь.
Он провёл её к дивану. Она оба сели рядом друг с другом, и он немедленно стиснул её в своих руках. Она перекинула свою руку ему поперёк живота, укладываясь головой ему на грудь.
— Миллс… Может быть, я мог бы позвонить Пейдж или… — начал он, но она перебила его, качая головой.
Ещё несколько слёз скатилось по её щекам.
Он потянулся и стёр их своим большим пальцем.
Правда была в том, что она ощущала себя глупо. Она просто плакала из-за своего вымышленного героя.
Это случалось и прежде, во время второго сезона, когда она плакала после сцены с Кали и Бреннером. Она также плакала после одной из сцен, пока снимался третий сезон. Но глубоко внутри она знала, что не только эти эмоциональные сцены были причиной её слёз.
Сейчас они заканчивали съёмки последнего эпизода последнего сезона. Она была гораздо старше, и, может быть, было глупо плакать, как ребёнок, но она не могла не плакать. Это было слишком.
— Миллс… — прошептал он, целуя её в голову. — Хэй, всё в порядке.
Если честно, он не ожидал, что она скажет что-либо, но…
— Нет, — тихо произнесла она, а её голос дрожал.
— Что?
— Не в порядке, — сказала она, не давая ему никакого объяснения.
— Почему? — спросил он, легко хмурясь.
Она только крепче обняла его, не зная, что на неё нашло, почему она была вот такой. Может быть, потому что внезапно она осознала всё происходящее вокруг.
Знакомый аромат его одеколона в её носу, его губы на её лбу, его руки, кругами поглаживающие её по спине. Он был везде.
И это был один из последних разов, когда они были вот так, просто без слов удерживающие друг друга. После премьеры последнего сезона он уйдёт, снимаясь в каких-то фильмах на другом конце страны или что-то в этом роде. Он будет где-то очень далеко.
Она потеряет его.
