— Я знаю, — повторила она. — Но я хочу, чтобы мы были в порядке. И мы будем в порядке. Я обещаю, — добавила она так искренне, как только смогла, и посмотрела прямо ему в глаза, желая, чтобы он поверил ей.
— Милли, я думал, мы оба согласились, что твои обещания… — начал он, но она перебила его:
— Ладно, я дважды обещаю, — сказала она, покусывая свою губу, пытаясь сдержать смех.
Он ошарашенно посмотрел на неё, нахмурившись.
— Двойных обещаний не существует.
— Ох, всё-то ты знаешь, — поддразнивая, ответила она.
Он посмотрел на неё, подмечая её опухшие глаза, розовые щёки и широкую, головокружительную улыбку. Он не мог поверить, что она не смогла сдержаться, чтобы не поддразнить его, даже в такой ситуации, как эта. Может быть, она не слишком сильно и изменилась.
Он пару раз моргнул, беря себя в руки.
— Я ненавижу тебя. — Он покачал головой, пытаясь сдержать улыбку.
— Финн, я думала, мы оба согласились, что ты никогда не сможешь ненавидеть… — игриво начала она, но он её перебил:
— Ладно, теперь я ненавижу тебя ещё больше.
— Что, если я снова тебя поцелую? — поинтересовалась она, наклонив голову.
— Что? — удивлённо спросил он.
— Ты сказал, что один поцелуй ничего не изменит. Что насчёт двух, — невинно сказала она.
— Ты ходишь по очень тонкому льду, Миллс. Богом клянусь, — произнёс он с широкой улыбкой, заставляя её рассмеяться.
Когда она смотрела на него таким тёплым взглядом, он начинал думать, что, может быть, та старая Милли всё ещё была там. Проблема в том, что он перестал верить в это очень давно, в тот день, когда узнал о её отношениях с Джейкобом.
Что, если она ведёт себя так, потому что прямо сейчас они были одни? Что, если она снова станет отстранённой, отдаляясь всё больше и больше с каждым прошедшим днём? Как он мог верить ей после всех этих смешанных знаков, что она постоянно оказывала ему?
Он понятия не имел, будут ли они когда-либо снова в порядке.
Но… Она всегда была его слабым местом. Он всё ещё помнил, как постоянно говорил глупые вещи, когда просто видел её и слышал её смех.
И когда он увидел её, счастливую и радостную, улыбающуюся ему… Неожиданно он почувствовал необъяснимую потребность снова её обнять. Несмотря на всё то, что он сказал ей сегодня… Он действительно скучал по ней. Он действительно скучал по этой смешливой Милли, которая имела тенденцию смеяться в ситуациях, когда ей определённо не следует смеяться, он скучал по этой беззаботной девочке, которая не могла быть тихой, даже если её жизнь зависит от этого.
Без слов он взял её за руки и притянул её ближе. Она подняла руки и обхватила его за шею, удобно устраиваясь в его объятиях. Она чувствовала кончики его пальцев, рисующие узоры на её спине, когда он зарылся лицом ей в шею.
Некоторое время спустя он решился нарушить тишину.
— Прости, Милли, — прошептал он. — Я просто… Я не знаю, что теперь чувствую.
— Всё в порядке, — просто сказала она.
— Просто… Мне… мне нужно время. Это всё.
Он почувствовал её кивок напротив своей груди.
— Мы… Мы будем в порядке, Финн. Может быть, не сегодня и не завтра… Но мы будем в порядке, — тихо произнесла она.
— Как ты можешь быть такой уверенной? — спросил он, качая головой.
Он желал, чтобы он мог бы быть таким же оптимистичным, как и она.
— Потому что это мы, — просто сказала она, глядя на него. — И в этот раз… Я не сдамся. Я обещаю, — произнесла она, обнимая его крепче, пытаясь показать ему, что именно она подразумевает под каждым сказанным словом.
И… Он не должен был сейчас ничего решать. Только время покажет, какое будущее уготовлено для них. Так что…
— Ты обещаешь дважды? — игриво спросил он.
Её губы изогнулись в улыбке.
— Двойных обещаний не существует, — повторила она его слова таким же игривым тоном.
Он прижался губами к её макушке.
— Ох, всё-то ты знаешь.
Примечание переводчика:
We’re a mess¹ — это непереводимое выражение (как минимум, я так считаю), которое нужно просто понять. «Mess» с английского переводится как «бардак», «хаос» и всё тому подобное.
Комментарий к #2 …zadnym pocalunkiem
«…żadnym pocałunkiem» («…with any kiss»)
