Даже если глубоко внутри она знала причину, неважно, как сильно она пыталась отрицать это. Всё ощущалось иначе с ним. С самого начала.
— Всё будет в порядке, просто… дыши, — продолжила она, а её руки по-прежнему удерживали его предплечья. — И не надумывай слишком много. Если ты нравишься ей так же сильно, как она тебе… Тогда всё будет восприниматься верно. Ты просто… поймёшь, что это правильный момент, чтобы поцеловать её. — Она сделала небольшую паузу, глядя на него с улыбкой, которая — она надеялась — выглядела убедительно. — Кроме того… Ты не должен волноваться, что ты плохо целуешься, — продолжила она. — Ты хорош в поцелуях.
Его рот удивлённо приоткрылся.
— Серьёзно?
— Я имею в виду… Я не могу говорить за себя, но я уверена, что Эл не жалуется… — она усмехнулась. — Так что… Да. — Она пожала плечами. — Серьёзно.
Он посмотрел на неё вниз, мягко улыбаясь.
— Спасибо. Честно, ты мне очень помогла сегодня, я имею в виду… Ты действительно очень важна для меня, и я… Я просто не хочу опростоволоситься, знаешь?
— Ты не опростоволосишься. Она должна быть глупой, чтобы не увидеть, какой ты великолепный.
— А-а-ав, Миллс… — поддразнивая, сказал он.
— Что?
— Это было мило, — он улыбнулся, приподнимая бровь.
— Ох, заткнись, — она усмехнулась, чувствуя, как жар подбирается к её лицу.
— Нет, нет, ты сказала, что я великолепный… — невинно произнёс он. — И что я хорошо целуюсь… Ох, и теперь ты краснеешь!
— Знаешь что? Пока, — игриво сказала она, отворачиваясь к двери.
— Ладно, я шучу, я шучу, — быстро произнёс он, хватая её руки и притягивая её к себе. — Итак, э-э-эм… Увидимся завтра?
— Ага.
Он притянул её ещё ближе, чтобы обнять на прощание, обхватив руками её талию и положив руки на спину. Её руки автоматически приподнялись и обернулись вокруг его шеи — она чувствовала его мягкие волосы под своими пальцами.
— Спасибо тебе за поездку, Финни, — сказала она, а её голос был приглушён его футболкой.
— You’re welcome? — произнёс он весёлым голосом; он зарылся лицом в изгиб её шеи, губами касаясь её волос.
— Ладно, если я услышу это от тебя хотя бы ещё один раз… — Она достаточно отстранилась, чтобы посмотреть на него.
— Тогда что? — он усмехнулся.
— Богом клянусь… — сказала она, борясь с улыбкой.
— Ох, да? — Он приподнял бровь. Он всё ещё держал её, а его руки стискивали её талию. — И что же ты сделаешь?
Она покачала головой.
— Финн, серьёзно, это было даже не смешно!
— Угх, это ты, кто здесь не смешной, — игриво сказал он, показывая ей язык.
— Заткнись. — Она сузила глаза, пытаясь выглядеть устрашающей, но, казалось, это не сработало на него.
Он не казался испуганным ни на йоту.
— Ты заткнись.
— Нет, ты заткнись.
— Ты… — сказал он, пока поднял свою руку вверх, кладя большой палец на её нижнюю губу, заставляя её тихо и удивлённо охнуть, — заткнись… — закончил он, а его голос был тише, чем прежде, когда он склонился ближе, хотя они уже были очень близко друг к другу.
Она посмотрела вверх и встретилась с его взглядом, желая сказать что-то, но… Внезапно она забыла все слова. Она почти не могла дышать — она как будто получила мозговую травму; её сердце пропустило несколько ударов, когда она заметила его губы, изогнутые в милой, небольшой улыбке — той самой, которую она больше всего любила.
Он был так близко, что их носы почти соприкасались.
— Что ты делаешь? — тихо спросила она, чувствуя его палец, проходивший от её нижней губы до уголка рта, следующий дальше по её щеке.
Она не могла даже признать звук своего голоса.
— Я просто хотел заставить тебя замолчать, — невинно сказал он, убирая свой палец с её лица и отстраняясь.
Милли раздражённо фыркнула, легко шлёпая его по груди.
Она действительно была такой глупой? Как она могла даже на секунду подумать о том, что он хотел её поцеловать?
— Финн, ты такой тупой. — Она закатила глаза.
— Но это сработало, верно? — он усмехнулся.
— Угх, я ненавижу тебя, — с раздражением простонала она.
— Нет, не ненавидишь.
— Да, ненавижу.
— Заткнись.
— Ты заткнись.
— Ты зат… Нет, знаешь что, мы не будем делать этого снова, — он рассмеялся. — Ох, и прежде, чем я пойду… Могу я задать другой вопрос?
— Ты задал сегодня уже слишком много вопросов, ты знаешь? — сказала она, медленно раздражаясь.
— Это последний, клянусь.
— Да? — она вздохнула, подозрительно глядя на него.
Потому что… Что ещё он хотел от неё теперь?
— Что ты делаешь на этих выходных?
— Э-э-эм… Ничего, наверное, — сказала она, нахмурив брови. — Зачем тебе?
— Мне просто было интересно, хотела бы ты пойти со мной на ужин, — обыденно сказал он.
Ох.
Её губы приоткрылись, а глаза расширились от удивления, когда осознание накрыло её.
Динь-динь-динь.
Ладно. Наверное, он действительно был хорошим актёром.
Все те вещи, что он сказал о девушке, которая ему нравится: что они встретились очень давно, работая над одним проектом, что он любил смешить её… Все кусочки пазла наконец-то встали на места.
