пожал плечами.
Джен ухмыльнулась.
— Копы устроили налет на один бар в Гринвич-Виллидж и нарвались на
сопротивление. Дрэг-квин и он-она здорово их потрепали.
Грант засмеялся.
— Говорят, они чуть не спалили бар с копами, закрытыми внутри!
Я вздохнул.
— Жалко, что меня там не было.
— Да! — стукнула Эд кулаком по барной стойке. — Вот и я про этот
вечер так говорю.
**
Мои друзья окружили меня, как только я вошел в Аббу. Эд была в таком
же волнении, как и я сам.
— Покажи кольцо! — попросила она.
Я оглянулся.
— А Тереза уже пришла?
Эд покачала головой.
— Пока нет. Давай скорее!
Я достал из внутреннего кармана шелковый платок и развернул его.
Золотая полоска сверкнула крошечной бриллиантовой каплей и двумя
маленькими рубиновыми брызгами. Все легонько вздохнули. О-о-о!
Эд похлопала меня по плечу.
— Сколько вы уже вместе?
— Почти два года.
Она засмеялась.
— Давно продавец для тебя держал это кольцо?
Я улыбнулся и пожал плечами.
— Давненько. Все готовы?
Эдвин кивнула.
— Джен и Френки в туалете, прихорашиваются. Белых смокингов не
нашли, взяли кремовые. Ничего?
Я улыбался, как начищенный пятак.
— Если они так же хороши, как ты, бояться нечего.
Эд схватила меня за плечо. Я волновался.
— Все помнят, что надо делать?
Эд улыбнулась.
— Я так часто теперь пою «Голубую луну», что Дарлин просила подарить
ей на день Святого Валентина право больше никогда не слышать эту
песню.
Френки и Джен вернулись из туалета.
— Боги! Вы смотритесь фантастически.
Это была правда. Они заулыбались.
Пичес протолкалась ко мне.
— Смотри! — показала она мне гигантскую картонную луну, выкрашенную в синий. Пичес повернула ее, продемонстрировав, что с
обратной стороны луна золоченая.
Я прокомментировал:
— Что-то мне лицо этой Луны очень твое напоминает.
Пичес гордо выпрямилась.
— Имей в виду, детка, Луна — это женщина. Точнее, фэм, недосягаемая
небесная фэм.
Я посмотрел на часы.
— Тереза вот-вот появится.
Появились Джен и Мэг, обе выглядели виновато.
Мэг призналась:
— Джен, нам очень жаль…
— Что? — у меня свело живот.
Мэг почесала лоб.
— Я поставила граммофон в дальний зал. Джен тренировалась петь ту
часть, ну, где надо делать дип-ди-дип. В общем, иголка соскользнула и
поцарапала пластинку. Мы думали, что всё обойдется.
Я посмотрел на Эд.
— В смысле?
— Эм, — перевела мне Эд. — Похоже, мы остались без музыки.
— ЧТО?! — запаниковал я. — ЧТООО??
Джен взяла меня за плечи и развернула.
— Джесс, ну-ка давай, дыши глубже.
Я старался.
— Сегодня день Святого Валентина, — продолжала она. — Это важное
событие для любой фэм. У тебя все готово. Бросишь затею из-за
дурацкой музыки?
Я надулся.
— Не знаю.
Джен улыбнулась.
— Ты всегда можешь спеть самостоятельно.
— Спеть? Самостоятельно?
Эд закивала.
— Да! А мы будем подпевать «ду-би-ду» на фоне.
— Джен! — возопил я. — Я не пою!
Джен улыбалась.
— Но это же твоя идея. Ты хочешь показать Терезе, как сильно ее
любишь. Эдна однажды сказала, что самая смелая вещь, на которую
способен буч, — это рискнуть выглядеть глупо. Не уверена, что я
справилась бы, но ты сможешь.
Мне было страшно. Джен была права. Я знал, что так и сделаю.
Жюстин поцеловала меня в щеку.
— Пришла Тереза, — шепнула она.
Френки, Джен и Эд заняли позиции у барной стойки. Я спрятался за
ними. Мэг присела ко мне.
— Прости, детка.
Я махнул рукой.
— А, забудь. Если я все это переживу, будет уже все равно.
Тишину прорезал голос Джен. Она и правда выучила все дип-ди-дипы и
динга-донг-динги вступления к «Голубой луне».
Я выглянул из-за барной стойки. Один взгляд на лицо Терезы — и я
набрался храбрости запеть.
«Под голубой луной,
стоял совсем один,
без мечты в сердце,
даже без любви».
Мой голос трещал и подпрыгивал от смущения. Тереза прикусила губу.
На ее глазах дрожали слезы.
«Ду-ба-ду», — подхватили друзья.
Пичес размахивала картонной луной над моей головой.
Я протянул руку к Терезе.
«Но появилась ты,
Тебя узнало сердце».
Мне казалось, что я перевираю слова.
«Я прошептал: люби,
И надо мной луна
Позолотела…»
Пичес повернула луну золоченой стороной. Все радостно завыли. Пичес
сделала реверанс и продолжила махать луной.
Тереза подошла ко мне. Я обнял ее и допевал песню в танце.
«Голубая луна,
и я не одинок,
в сердце мечта,
это моя любовь»
«Ду-ба-ду», припев утих.
Я достал платок из нагрудного кармана и осторожно развернул. Тереза
потеряла дар речи, когда увидела кольцо. Я сам чуть не заплакал. Все
шло идеально. Я надел кольцо ей на палец. У меня была заготовлена
целая речь о том, как Тереза важна для меня, но я ничегошеньки не мог
вспомнить.
— Я люблю тебя, — сказал я. — Я люблю тебя чертовски сильно, вот
что.
— Ты лучшее, что со мной приключалось, — прошептала Тереза. Она
взяла мою левую руку и провела нежно пальцами по шраму на
безымянном пальце. — Я хочу, чтобы у тебя тоже было кольцо.
Я покачал головой.
— Мне кажется, лучше не надо. Мне будет страшно. Если копы отберут
его, я потеряю над собой контроль.
Тереза дотронулась до своей щеки.
— Милый… если ты начнешь бояться потерять то, что любишь, ты
никогда не позволишь себе по-настоящему прочувствовать все это. В
твоем кольце будет вся моя любовь. Если кто-то заберет его, все, что